Вахтанг Кипиани

ПРЕРВАННЫЙ «ПЛЕВОК»

Ярослав Галан перестал быть знаменем борьбы
с «украинским буржуазным национализмом»

Его убивали топором – в спину, в голову, опять в спину. Одиннадцать ударов, каждый из которых был смертельным. Кровь растеклась по рабочему столу, склеив страницы рукописи очередного памфлета и свежие газетные страницы. Отдельные брызги, маленькие коричневые пятнышки, до сих пор показывают интересующимся личностью Ярослава Галана.

«Зачарований на схід»

Лет десять назад фотографию дома по улице Гвардейской, 18 можно было без труда найти в любом издании о советском Львове. В квартире № 10 располагался музей писателя-интернационалиста: в ней он писал свои знаменитые фельетоны, здесь и был убит – 24 октября 1949 года. Памятная доска о жильце висит до сих пор. Правда, чуть ниже нее темнеет пятно от другой таблицы: музея Галана больше нет. Но на его базе создана экспозиция «Літературний Львів першої половини ХХ ст.».

Время, когда школьников организованно водили в квартиру-музей, уже не вернуть. Лишь одна соседка из квартиры напротив помнит Галана (все остальные квартиры выкупили «новые львовские»). Сейчас на Гвардейскую идут те, кто на самом деле интересуется литературой – студенты, преподаватели, ученые. Время от времени здесь бывают камерные поэтические вечера. Конечно, упоминают и о Галане, но, как говорится, только «в контексте». Без его масштабной фигуры нельзя понять тогдашние настроения галицкого общества. Научный сотрудник музея Ольга Ярмолюк, двадцать лет жизни отдавшая изучению личности Галана, согласилась рассказать специально для читателей «Ведомостей» о судьбе бывшего квартиранта.

– О Ярославе Галане сложилось много небылиц. Говорят, к примеру, о том, что у него была охрана, которую сняли незадолго до убийства. Какая охрана? Ведь он был безработный (в дневниках публициста имеется запись о том, что он был «засватан на должность завотделом искусств обкома партии», но ждал решения республиканского ЦК – В.К.). Он был уволен из газеты «Вільна Україна» за публикацию статей, в которых резко критиковал коррупцию и разложение отдельных представителей власти. Никто, кроме него, не осмеливался тогда это делать. Или еще – его называют «коммунистом». А ведь он был членом Компартии Западной Украины, но после ее роспуска, членом ВКП (б) так и не стал. Мало кто знает, что его первая жена Анна Генык была расстреляна в 1937 году в Харькове, куда поехала учиться в мединститут. Ее обвинили в шпионаже в пользу фашистской... Польши.

Галана нельзя понять, если воспринимать как твердолобого фанатика, певца режима. Да, нам его так преподавали, но он был высокообразованным человеком, знал десять языков, знал труды величайших философов мира. В отличии от большинства советских писателей, которые за пределы страны никогда не выезжали, он жил в Австрии, Югославии, Польше. Как и любая выдающаяся личность, он не может быть однозначным.

Ярослав Александрович никогда и ни перед кем не склонял головы. Абсолютный бессребренник. Себя аттестовал как человека, который «не хворіє на самострахування». Его вторая жена как-то сказала – «Он высовывался всю жизнь». В 1990 году нам удалось издать небольшую книжечку – «Ярослав Галан. З неопублікованого». в ней в частности, есть фрагменты из дневников, которые много объясняют. Еще в 1922 году он писал, что родилась «новая страшная сила». Он испытывал искреннюю ненависть к фашизму, и всему, что с ним было связано – в т.ч. бандеровскому движению, иерархам Католической церкви. Причина, в частности, в том, что Папа Пий XII благословил деятельность фашистов... Он был, образно говоря, «зачарований на схід».

«Я батьку зарiзав, я неньку убив, свою молоденьку в криницi втопив...»

«...Четырнадцатилетняя девочка не может смотреть на мясо. Когда в ее присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад в воробьиную ночь к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооруженные люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей. Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребенка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая идея.

– «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы, чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубите ей свинины!»

«Хлопцам» это предложение понравилось. Они постаскивали с полок тарелки и миски, и через несколько минут перед оцепеневшей от отчаяния девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью тел ее отца и матери!..» (из памфлета «Чему нет названия»).

Бр-р-р! Советский публицист Галан о священниках Украинской греко-католической церкви писал еще и не такое. Не было такого проклятия в «солов'їном» языке, какое бы не прозвучало в адрес «безбатченків» и «останніх вурдалаків». Создается впечатление, что даже немецкие нацисты в его писаниях казались более симпатичными, чем единокровные братья «з-під стягу Степана Бандери».

«Не убивайте меня, мы так не договаривались»

Убийство Галана сразу «повесили» на националистов. И хотя имена исполнителей «атентату» (члены бандеровского крыла ОУН Михаил Стахур и Илларий Лукашевич) были известны с самого начала, следствие шло полтора года. «Заказчиком» был признан видный деятель подполья Роман Щепанский, носивший псевдоним «Буй-Тур». Впрочем на открытом «образцово-показательном» процессе тот заявил, что всего лишь «выполнял приказ своих главарей». Стахура повесили, его товарищей – расстреляли.

Важную роль в раскрытии «дела Галана» сыграл молодой человек по имени Богдан Сташинский. Любопытно, что впоследствии именно ему Москва доверила лишить жизни вождей Организации украинских националистов Льва Ребета и Степана Бандеру. «Зуб за зуб»? Вряд ли чекисты были знакомы с евангельскими истинами, а просто вели войну с террористами из ОУН их же методами.

Кандидат исторических наук из Львова Кость Бондаренко поделился любопытным фактом. Стахур, услышав, что его ждет виселица, запричитал – «я не виноват, я не убивал». И, самое главное, – во всеуслышанье бросил судьям: «мы так не договаривались...».

Известный правозащитник Михайло Горынь вспомнил, что осенью 49-го Галан выступал во Львовском университете. Бывший политзек, которого не в заподозришь в прокоммунистических взглядах, говорит, что был поражен «патриотическим выступлением». Поэтому сразу после убийства между студентами пошли разговоры, что это дело «органов».

«На все приходить час розплати»

Лишь в последние годы стало известно, что незадолго до смерти писатель попал в немилость у властей. Орденоносца вызвали в областное управление МГБ и отобрали принадлежавший ему пистолет. Сотрудники госбезопасности, прекрасно знавшие, что на Галана объявлена охота, фактически провоцировали националистов – берите его. Галан был одним из главных оппонентов украинских националистов, можно сказать, «врагом № 1». Но, с другой стороны, его смерть стала предлогом для проведения новых карательных акций спецслужб как против вооруженного сопротивления, так и мирного населения Галичины.

В мемуарах главного советского чекиста-террориста Павла Судоплатова (убийца Льва Троцкого и Евгена Коновальца) упоминается, что сразу после убийства писателя первый секретарь Компартии Украины Никита Хрущев выступил с инициативой ввести специальные паспорта для жителей Западной Украины, а также мобилизовать всю молодежь на работу в фабрично-заводские училища востока Украины, обескровив тем самым повстанческое движение. К счастью, людоедские планы «дорогого Никиты Сергеевича» не осуществились.

Сам себе убийца

Товарищ Галан убил себя сам. И не важно чья рука – бандеровская или бериевская – обрушила топор на его талантливую голову. На протяжении нескольких десятков лет он – с гневом и пристрастием – выступал против базовых, «націєутворюючих», ценностей тогдашнего галицкого общества. К примеру, в достаточно оскорбительной форме измывался над греко-католическим духовенством и, как венец, «плевал» на Папу. Он разменял свою жизнь на коммунистические ценности. Смерть за смерть. Галан и ОУН оказались квиты.

«Мавр сделал свое дело...». И в какой-то момент оказалось, что Галан был нужен и красным, и красно-черным – но только мертвым.

"Киевские Ведомости"