Глава 1

ОРГАНИЗАЦИЯ УКРАИНСКОГО
ПОВСТАНЧЕСКО-ПАРТИЗАНСКОГО ДВИЖЕНИЯ в 40—50-ыe годы

Структура украинского национально-освободительного движения в 40—50-х годах XX столетия имела общие черты с традиционными, или «типовыми» моделями партизанско-повстанческих движений, успешно действовавшими в 1940—70-х гг. (Югославия, Индонезия, Китай, Въетнам).

Структура украинского повстанческого движения включала четыре основных компонента: политическую организацию (ОУН); военные формирования (УПА), центр военного командования и контроля (Главное командование УПА), координационный национальный орган (УГОР).

Исторически сложилось так, что Организация украинских националистов в 1930 — начале 1940-х гг. была единственной политической организацией Западной Украины, поддерживавшей идею революции как способа освобождения нации и создания независимого национального государства. Она содействовала развертыванию украинского повстанческого движения и возглавила его. Это осуществлялось несколькими способами:

— Через систему двухфункционального руководства: большинство членов Главного командования и командных структур УПА были членами и даже должностными лицами высокого ранга в ОУН.

— ОУН формировала и контролировала инфраструктуру повстанческих и вспомогательных (полупартизанских) отрядов.

— ОУН наладила каналы связи как в политической, так и в войсковой сети подполья (систему курьерской связи и сеть связи через посыльных, передающих информацию «от пункта к пункту»).

— Служба безопасности ОУН (СБ) работала также и внутри УПА в качестве контрразведки; она же контролировала военную полицию.

— ОУН отвечала за идеологическую пропаганду в рядах УПА и поставляла политвоспитателей для ее отрядов.

Цели украинского повстанческого движения во время Второй мировой войны подразделялись на две категории: далекой и близкой перспективы,

Цели далекой перспективы выражали основные стремления сознательной части украинского народа. Они являлись «постоянно действующими факторами» национального движения и разделялись как борцами (ОУН, УПА), так и теми социальными слоями, которые непосредственно не участвовали в повстанческой или подпольной деятельности, ибо предпочитали легальные методы действий. Эти цели формулировались следующим образом:

— достижение независимости украинского государства любыми необходимыми способами (т.е. легальными или революционными);

— достижение если не полной независимости, то хотя бы национально-культурной автономии, которая позволит сохранить и упрочить национальные ценности и институты, будет содействовать развитию национального самосознания народа и, таким-образом, заложит фундамент будущей независимости.

Цели близкой перспективы отражали специфику тех регионов, где действовали украинские повстанцы, и ситуацию в них. Они часто менялись, наполнялись новейшим содержанием и т.п. Например, в качестве такой цели после окончания мировой войны в Западной Украине и за бывшей линией Керзона выступало противодействие депортации украинского населения, чтобы обеспечить на этой территории поддержку формированиям УПА. Без этого нельзя было рассчитывать на продолжение их боевой деятельности в массовых масштабах.

Как уже отмечалось, ОУН отвечала за создание и развитие организационной структуры в украинских сообществах (громадах). Основным звеном был так называемый куст, смоделированный по схеме «типовых» кустов, основанных на Украине в 1943 г. во время немецкой оккупации. Кусты исполняли преимущественно административные функции в громадах (по сути, в большинстве из них кусты оставались теневыми органами местного самоуправления вплоть до начала 50-х годов) и отвечали за поставку новобранцев.

Каждый куст имел собственный отряд самообороны в составе 30—40 вооруженных селян. Они легально жили и работали в селах, но как члены организации имели определенный круг обязанностей: собирали разведывательную информацию, обеспечивали охрану бункеров-складов УПА, охраняли отряды УПА во время их остановок в селах на отдых и для пополнения припасов.

К их функциям относилось также выполнение специальных боевых заданий (акты саботажа) и периодическое Предоставление вооруженной помощи повстанческим формированиям в бою. После выполнения специальных заданий бойцы СКО возвращались к обычной жизни.

Подготовительный период

Согласно руководящим программным документам ОУН (Б), борьба за свободу имела два основных пути — мирный (парламентский) и военный (революционно-освободительный). Последний не признавал компромиссов и выступал одновременно «как против оппортунизма собственного народа, так и против чужого порабощения». Борьба подобного типа подразумевала столь радикальные формы, как бойкот, саботаж, террористические акции, вооруженные нападения, физическое истребление врагов — как внешних, так и внутренних.

Для успешного ведения революционной борьбы с целью сокрушения оккупационного режима и достижения независимости руководство ОУН считало необходимым:

— иметь политическое и военное руководство, способное управлять всем революционным движением;

— опираться на широкие слои населения, для чего национально и политически образовать его, идейно воспитать и ввести в горнило освободительной войны.

Подчеркивалось также, что любое освободительное движение должно быть плановым и базироваться на платформе какой-то революционной организации, руководство которой возглавляло бы освободительную борьбу, а члены ее были бы тем ядром, вокруг которого формируются народные массы. Освободительная борьба за независимость Украины, по мнению ОУН, наталкивалась на большие препятствия, обусловленные вражескими режимами — немецким и советским. Поэтому для того, чтобы вооруженная борьба увенчалась успехом, вовлекла различные социальные слои народа, она прежде всего должна была быть подготовленной.

Задачи работы подпольной организации в подготовительный период

Подготовительному периоду в ОУН—УПА уделялось особое внимание. Основными требованиями к нему были:

— вырастить и идейно воспитать членов подпольной организации;

— обучить кадры военному делу;

— накопить оружие, боеприпасы и снаряжение для начала вооруженной борьбы;

— путем пропаганды убедить массы в необходимости вооруженной борьбы;

Продолжительность подготовительного периода специально не оговаривалась, но подчеркивалось, что как восстание, так и строительство революционной организации — дело длительное.

При этом от ОУН требовалось:

— охватить своими первичными организациями весь народ, все социальные слои;

— всю работу проводить в условиях строгой конспирации;

— бороться с соглашательским мировоззрением, овладевшим частью украинского народа.

От каждого члена ОУН в подготовительный период требовалась высокая активность, предприимчивость, готовность к тяготам подпольной деятельности, а также прохождение начального военно-партизанского обучения.

Для решения этих задач было произведено разделение Западной и частично Северной Украины на несколько территорий. Они, в свою очередь, подразделялись на области, надрайоны и районы, делами в которых ведали территориальные руководители, подчинявшиеся Главному Проводу ОУН. Такое разделение позволяло также осуществлять гибкий контроль.

Территориальные руководители (проводники) назначали себе в помощь несколько референтов: организационного, пропагандистского, хозяйственного, военного, безопасности, связи. Референты должны были руководить своими отраслями, отчитываться своему руководителю-проводнику о положении дел на данной территории и проделанной ими работе.

Главный Провод, получая отчеты и сообщения от территориального руководства, благодаря этому был детально информирован о положении на той или иной территории и мог реально оценивать перспективы дальнейшей работы.

Необходимо также отметить, что именно такая структура обеспечивала фактическое двоевластие на территории Украины. Станицы, кусты, районные, надрайонные, окружные, областные и краевые проводы ОУН представляли нелегальную власть, которая противостояла органам советской власти.

Войсковая референтура

Для нас прежде всего представляет интерес работа военного референта и его связь с другими референтами.

Обычно Главный Провод назначал территориальным войсковым референтом (комендантом) такого члена организации, который уже прошел надлежащую военную подготовку в УПА или в другой армии. Помимо знания военного дела, кандидат на пост военного референта должен был обладать организационными способностями.

Подавляющее большинство краевых и областных военных референтов были бывшими офицерами польской армии либо коллаборационистских украинских формирований в рядах немецкой армии. Так, сам Главнокомандующий УПА Р. Шухевич в 1941 г. фактически командовал батальоном «Нахтигаль», потом служил в 201-м батальоне вермахта в Белоруссии. После разоружения этого батальона он сумел избежать ареста и перешел на нелегальное положение; а осенью 1943 г. стал Главным командиром УПА.

На уровне надрайона—района военными референтами обычно являлись бывшие офицеры и унтер-офицеры польской армии, старшины УПА, прошедшие подготовку в спецшколах повстанцев, иногда даже офицеры или сержанты Красной Армии (еще больше было последних среди командного состава повстанческих формирований на уровне от роя до куреня).

Военный референт имел право мобилизовать на подопечной ему территории любого бывшего военнослужащего. Он был обязан:

— создать штаб;

— разделить функции между членами штаба;

— руководить и контролировать работу всех членов штаба;

— находиться в постоянном контакте с другими референтами территориального руководства;

— регулярно отчитываться своим начальникам: территориальному руководителю, проводнику и организационному референту.

В штабе, как правило, было порядка шести человек референтуры. Комендант — военный референт, как уже сказано, возглавлял штаб, руководил его работой, проверял деятельность каждого референта штаба, связывался с другими референтами территориального провода, отчитывался перед начальниками, представлял штаб.

Референт разведки руководил разведкой на территории, инструктировал своих подчиненных о том, какие именно сведения они должны получить, устанавливал время исполнения задания, а также по возможности рекомендовал способ его выполнения. Референты разведки готовились на курсах разведчиков в ОУН, где специалисты обучали их собственным методам, а также методам других разведслужб — в первую очередь польской, немецкой и советской. Хорошая организация работы разведки позволяла ОУН постоянно получать сведения о военных, государственных и политических секретах врага цри относительно небольшой затрате материальных и физических сил.

Референт-оружейник вел учет вооружения и амуниции, заботился об их консервации и следил за поступлением новых единиц. Именно этот референт знал места расположения секретных складов оружия и снаряжения («схронов»).

Мобилизационный референт вел учет взрослого мужского населения на своей территории. Он получал из станиц и кустов поименные списки боеспособных и небоеспособных мужчин, на основе которых вел общий статистический учет, подразделяя при этом мужчин по родам войск, военным званиям и гражданским специальностям, а также устанавливал очередность их мобилизации.

Референт военной подготовки, как правило, был заместителем референта-коменданта. В его задачи входило составление программы и плана военной подготовки, контроль за их выполнением, организация и контроль самооборонных кустовых отделов, проведение больших тактических учений с привлечением нескольких таких кустов.

Самооборонные кустовке отделы (СКО) — это вооруженные отделы, организованные при станицах. Они осуществляли военную подготовку мужского населения без отрыва от повседневных работ, чтобы в случае вражеских репрессий те могли защитить собственные селения и свои семьи. Организационная структура СКО была подобна структуре регулярной армии: звенья, рои, четы, сотни, курени, загоны. Их соответственно возглавляли звеньевые, роевые, четовые, сотенные, куренные, окружные коменданты. Военную подготовку СКО проводили местные инструкторы на основе программы, составленной референтом военной подготовки. Наибольшее внимание уделялось полевой выучке (проводилась в воскресные и праздничные дни в лесах, горах, вне населенных пунктов), изучались также внутренняя и караульная служба, краеведение и картография. Именно на базе СКО были созданы позже различные формирования УПА.

Референт связи создавал линии и пункты связи, назначал связных и контролеров; лично следил за исправным функционированием пунктов связи (наличие явочных квартир, опознавательных знаков и т.п.). В случае возникновения подозрений либо обнаружения врагом линий связи, референт немедленно их менял. Техника связи, безусловно, была наиболее законспирированной областью. Все же известно, что связь ограничивалась курьерской работой; сколько-нибудь широкого применения технических средств не отмечено.

Референту-интенданту вменялось в обязанности ведение бухгалтерии, наблюдение за складами, создание баз поставок, ремонтных мастерских, типографий. Именно он добывал финансы, канцелярские принадлежности, учебное оборудование, а самое главное — продовольствие. Референт-интендант должен был находиться в постоянном контакте с гражданскими хозяйствами, делать заказы и обеспечивать боевые отделы всем необходимым.

Референт службы здоровья должен был лечить членов подполья и бойцов боевых отделов, накапливать лекарства, организовывать больницы и амбулатории, создавать санитарные курсы, закупать соответствующие медицинские учебники и писать инструкции, осматривать призывников.

Штабы военных референтов-комендантов территориальных Проводов доказали свою эффективность во всех последующих событиях.

Подготовка командного состава

Еще задолго до создания УПА ОУН (Б) началось устройство военных курсов для командиров повстанческо-партизанских отделов. Преподавателями являлись члены штабов более высокого уровня. По конспиративным соображениям количество участников курсов было невелико, поэтому практиковалось несколько выпусков.

На таких курсах проводилась преимущественно теоретическая подготовка. В нее входили следующие предметы: полевая тактика, внутренняя и караульная служба, изучение вооружения, топографии и картографии, интендантуры, а также санитарно-медицинская подготовка.

Основной целью учебы будущего командира было овладение боевой тактикой. С этой целью курсанты изучали боевые уставы различных армий (в основном советской, немецкой и польской). Они также учились на практических примерах, перенимали опыт преподавателей, уже прошедших военную школу в регулярной армии. Специально изучались различные варианты партизанской тактики (марши и постой; бой в особых условиях; наступление, оборона и плановый отход; налеты и засады; тактика борьбы десантных подразделений; огневая дисциплина; боевые задания для автоматчиков; маневрирование; отдача боевых приказов и т.п.). Завершали курс полевые занятия.

Характеризуя специфику подготовки командных кадров на военных курсах при ОУН (Б), надо отметить следующее:

— в процессе обучения использовалась, как правило, украинская терминология для каждого упражнения;

— рассматривались методы объединения одиночных укрытий и полевых укреплений в систему обороны;

— при изучении вооружения курсантов знакомили прежде всего с новейшими образцами пулеметов, автоматов, гранат, пистолетов и другого ору-жиг врага, а также учили использовать это оружие;

— при преподавании интендантского дела обращали особое внимание на обеспечение калорийности питания в полевых условиях, а также изучали схему организации снабжения продуктами;

— в медицинской подготовке главный упор делался на способы оказания первой помощи в бою.

Командирские кадры, подготовленные на этих курсах, впоследствии стали ядром руководства повстанческо-партизанских формирований УПА.

Вообще говоря, ОУН воспитывала в народе любовь к оружию и вырабатывала воинские традиции. Особенно это касалось молодежи как наиболее благодатной среды для пропаганды идей украинского национализма. Националисты использовали все легальные возможности для подготовки обученных военных кадров. Военные школы или курсы часто организовывались под видом профессиональных курсов сельскохозяйственных рабочих, спортивных клубов и т.п.

Например, по данным докладной записки штаба партизанских отрядов Ровенской области о деятельности ОУН—УПА, в городе Луцке действовала школа подготовки военных кадров численностью до 600 человек молодежи в возрасте от 18 до 24 лет. Слушатели были одеты в польскую военную форму. Эта школа и подобные ей школы в селах Лаврове и Пличаново Волынской области (по 100 человек в обеих) работали под видом курсов для сельскохозяйственных рабочих. Школа в селе Шпаково (под Ровно), включавшая 200 человек (в том числе девушек), в апреле 1943 г. была разогнана, часть ее курсантов попала в лагерь за антигерманскую деятельность.

В сообщении гитлеровской службы безопасности о деятельности ОУН на Украине от 13 ноября 1942г. также шла речь о политическом воспитании молодежи через объединения «Бойтур», «Юнацтво», «Просвита». Собираясь под предлогом спортивных тренировок, инструкторы проводили с молодежью военные упражнения согласно Предписаниям (уставам) ОУН «Внутренняя служба», «Полевая служба», «Стрелковый устав».

Нелегальным же образом подготовка военных кадров руководящего звена проводилась в старшинских и подстаршинских школах как в период немецкой оккупации, так и при советской власти.

В Западной Украине для подготовки офицерских кадров в июле 1943 г. была создана первая старшинская школа с 3—4-месячным сроком обучения. Уже в конце октября 1943 г. эта школа, получившая название «Дружинники», выпустила 120 старшин. Она размещалась около города Мосты Великие; ею руководил Дмитро Грицай (псевдоним Перебийнос), впоследствии генерал и шеф Генерального штаба УПА. Руководил этой школой на Волыни и майор Поль-Полевой.

Вскоре была создана еще одна школа — «Олени», возле села Брязы в Карпатах, которая с начала 1944 г. стала готовить офицеров-старшин УПА. Ею руководил командир Хмель, а позже — Поль-Полевой (после объединения обеих школ).

Появление таких школ было обусловлено ростом УПА, обострившим потребность в офицерских кадрах вообще, а в первое время ее существования — особенно. Как в любой подпольной армии, офицерские посты в УПА люди занимали в соответствии с проявленным характером и способностями. Но данное обстоятельство не отменяло необходимости специальной подготовки. Военные курсы, организованные ОУН, давали лишь общие и элементарные воинские знания, которых, однако, было недостаточно для подготовки специалистов-старшин. Между тем офицеров-старшин, пришедших в УПА из бывшего Украинского Легиона, Красной Армии, Польской армии, абсолютно не хватало.

Ввиду этого именно старшинские школы УПА взяли на себя подготовку специалистов военного дела. Так, Волынская старшинская школа УПА-Север выпустила к весне 1944 г. два старшинских и три подстаршинских курса, а старшинская школа УПА-Запад (Карпатская) — два старшинских и два подстаршинских курса. Все вместе, с учетом подстаршинских школ при других военных округах, школы УПА подготовили около двух тысяч старшин и трех тысяч подстаршин.

Весной 1944 г. школы «Дружинники» и «Олени» были объединены в одну старшинскую школу «Олени» в Карпатах. Командиром ее стал майор Поль-Полевой. Школа «Олени» провела два старшинских курса: первый с 1 марта по18 июля 1944 г. и второй с 20 июля до ноября 1944 г. В каждом из курсов прошли выучку по 500 курсантов, в том числе по 225 кандидатов в старшины и 275 кандидатов в подстаршины.

Интересная особенность: майор Поль-Полевой, командир старшинской школы УПА-Север, а затем объединенной старшинской школы УПА «Олени», принадлежал к фракции ОУН (М). Однако политические взгляды не мешали ему быть прекрасном организатором и преподавателем, вполне удовлетворявшим ОУН (Б).

В старшинской школе УПА-Север преподавали: сотник Босой, майор Лесовой, майор Степовой, майор Кацо и майор Гамалия, Сотник Босой был галичанин, в прошлом — старшина Украинского Легиона. Майоры Лесовой, Степовой и Гамалия были приднепровцами, в прошлом — офицеры Красной Армии, майор «Кацо» был осетин, ранее тоже офицер РККА. Духовником школы являлся отец Рафаил.

В объединенной школе «Олени» преподавали: сотник Береза, приднепровец, бывший преподаватель офицерского училища РККА, автор учебника «Основы партизанской войны»; перешедшие из СШ УПА-Север майоры Степовой и Кацо; инженер Крутой, надднепрянец, бывший офицер техчастей Красной Армии; сотник Ярема (Остап Линда), старшина легиона; политвоспитатель Руслан, начальник разведки Ждан. Адъютантами командира школы были поручики Змеюка (Витовский) и Ткачук; врачами — доктора Максимович и Кум, евреи по национальности.

Наличие в составе преподавателей старшинских школ украинцев с Левобережной Украины, бывших офицеров Красной Армии, не случаен, он соответствовал составу всех старшинских кадров УПА.

Подстаршинские школы с шестинедельным курсом подготовки действовали в каждом военном округе (видтинке). Среди них были:

— подстаршинская школа в местности Поморяны (командир Роса);

— подстаршинская школа в Малиновцах (Гуцульщина), командир Чмелик;

— подстаршинская школа возле Космача (командир Степовой);

— подстаршинская школа при старшинской школе «Олени» (командиры Хмель, Поль-Полевой);

— подетаршинская школа имени подполковника Коника за линией Керзона.

К подстаршинским школам УПА можно также отнести курень «Гайдамаки», возглавлявшийся хорунжим Хмелем. Официально курень не имел названия школы, но там готовился инструкторский состав почти для всех отделов военного округа «Говерла», и частично также для Львовщины, Тернопольщины и для Волыни.

Общая численность подстаршин УПА, прошедших специальное обучение, не поддается точному подсчету. Все же на основе архивных данных и сведений из эмигрантских публикаций можно сказать, что к началу 1945 г. профессиональную военную подготовку получили не менее 4000 подстаршин.

Кроме перечисленных школ, специальное обучение производилось на курсах. Там готовили специалистов: минеров, связистов, радистов, разведчиков, политвоспитателей. Подготовку медицинских работников производил на своих курсах Украинский Красный Крест (УКК), курируемый подпольной сетью ОУН. УКК имел три отдела: медицинский (лечение и опека раненых и больных бойцов), фармацевтический (заготовка лекарств) и отдел общественной опеки (для местных жителей). Естественно, что своих работников и специалистов УКК имел и непосредственно в отрядах УПА.

Обучение в военных школах старшин и подстаршин велось по специальным программам, утвержденным Главным командованием УПА, обзор которых мы дадим ниже.

Организация вооруженных отделов

УПА состояла из вооруженных формирований, которые комплектовались смешанным способом: на добровольной основе и путем призыва (мобилизации) местных жителей. При этом предпочтение отдавалось принципу добровольности, особенно в период партизанских действий УПА. Правда, ОУН(Б) считала необходимой мобилизацию всего боеспособного украинского населения. Но всеобщей мобилизации на Западной Украине не было (несмотря на попытки провести ее в отдельных районах).

Интересным феноменом движения сопротивления ОУН—УПА было участие в нем представителей других национальностей. Среди сугубо добровольческих подразделений, организованных по национальному признаку, были сотни и даже курени (сотни обязательно входили в состав каких-либо украинских куреней).

Первый национальный курень УПА появился во второй половине 1943 г. Он состоял из узбеков, командир — майор Ташкент. В том же военном округе (ВО) «Заграва» (Ровенщина) организовался курень из грузин и армян, появилась сотня кубанских казаков. В военном округе «Туров» был курень азербайджанцев. Количество национальных частей в УПА достигло во время перехода фронтов (1944 г.) 15 формирований. Австрийцы, бельгийцы, французы, немцы и югославы своих отдельных частей не создали. Они входили по одиночке в состав формирований УПА (югославы, немцы) либо работали в администрации повстанцев. Попытка организовать российскую часть закончилась неудачей. Сотня россиян, организованная из офицеров и старшин РККА в 1943 г. в округе «Заграва», принимала участие в боях с немцами и отличалась храбростью. Однако частые конфликты с другими частями и отдельными повстанцами вынудили командование УПА ее расформировать.

Призыв в повстанческо-партизанские отделы

Призыв в УПА осуществлялся на основании приказа Главного Провода ОУН (Б). В нем организация определяла и количество требуемых призывников. Приказ через систему связи спускался вплоть до станицы. Эти нижние звенья военно-административной структуры посылали мужчин на призывные пункты, где проводился медицинский осмотр последних. Призыву подлежали здоровые мужчины в возрасте от 18 до 40 лет.

На призывном пункте работала призывная комиссия, назначаемая Проводом, в следующем составе: врач, по одному члену ОУН от областного и окружного руководства, окружной военный референт; при необходимости включали в комиссию и референта СБ (службы безопасности).

Врач призывной комиссии должен был подтвердить состояние здоровья призывника, а в случае какой-либо болезни или телесного дефекта — принять решение об его освобождении от военной службы. Другие члены комиссии проверяли списки призывников, обращая особое внимание на рекомендации членов территориальной подпольной сети.

Призыв далеко не всегда проходил спокойно. Так, еще до прихода РККА в сентябре 1943 г. в районах Волыни и Полесья была проведена мобилизация мужского населения с уходом в леса. Здесь ОУН путем применения террористических мер к семьям и родственникам уклоняющихся от мобилизации насильно втянула в УПА определенное количество украинского населения, в основном крестьян.

Добровольцы в ряды УПА попадали по собственной инициативе. Однако они также проходили по возможности призывные комиссии, которые призывали их уже задним числом. Это хорошо видно на примере добровольного прихода в УПА большого количества мужского населения Волыни после начала репрессий немецких оккупационных властей в конце 1943 — начале 1944гг. Все мероприятия по организации формирований из их числа были подобны призывным действиям, но уже как бы постфактум.

По соображениям конспирации призывные пункты организовывались каждый раз в новых местах, а призывников вызывали туда небольшими группами. После медосмотра и собеседования вновь прибывших отправляли на повстанческие базы специальными группами.

Во главе каждой такой группы стоял проводник. Как правило, это был авторитетный и энергичный человек, способный поддерживать в группе железную дисциплину. В обязанности проводника входили следующие задачи:

— разъяснять призывникам требования режима и поддерживать военную дисциплину;

— следить за тем, чтобы призывники не покидали мест квартирования;

— обеспечивать строгое соблюдение «сухого закона»;

— обеспечивать группу продовольствием;

— выставлять охрану из числа бывших военнослужащих, знающих обязанности постового;

— назначать на марше одного из призывников (бывшего военнослужащего) для следования за группой на удалении от нее;

— проводить на постоях беседы об основах конспирации, не допускать хвастовства призывников перед гражданским населением, передавать письма родным;

— совершать марши только ночью, обходя местности, где размещены вражеские формирования.

Во время постоя в населенных пунктах с местным населением необходимо было вести себя вежливо и тактично. Запрещалось требовать лучшего продовольствия и квартир.

Для поддержания дисциплины разрешалось разделять большую группу на подгруппы, с назначением в каждой звеньевого или роевого.

Согласно правилам призыва, проводники группы не могли лично наказывать призывника, но ради поддержания дисциплины имели право давать наряд. В случае тяжелого проступка (попытка бегства, мародерство и т.п.) виновного арестовывали и передавали руководству призывной комиссии или командиру того отдела, в который группа направлялась.

Прибыв на повстанческую базу, проводник группы обращался к постовому через пароль. Постовой уведомлял командира отдела о прибытии группы призывников. Командир отдела и бунчужный (писарь штаба) проверяли призывников и назначали их в четы.

С момента прибытия в отдел призывники становились воинами данного отдела, т.е. повстанцами. С этого времени они подчинялись требованиям Предписаний, нормировавших повседневную жизнь и боевую деятельность повстанцев. Далее новоприбывшие бойцы должны были пройти обучение военному делу, а затем — боевое крещение.

Подбор кадров в УПА

Во время призыва в повстанческо-партизанские отделы необходимо было тщательно отбирать призывников, руководствуясь принципом: «требуется не количество, а качество». Большую помощь в этом деле оказывала территориальная подпольная сеть, референты которой, постоянно находясь среди людей, знали каждого. Референты часто подвергали потенциальных призывников испытаниям, давая им задания — сначала легкие, потом более трудные, и наблюдали за их исполнением. Также обращалось внимание на характер человека и его отношение к национально-освободительному движению.

Повстанческо-партизанские отделы формировались из всех социальных слоев общества: крестьян, рабочих и интеллигенции. Однако боевая и идейная значимость каждого слоя населения для УПА не была одинаковой.

Крестьяне составляли наибольшую прослойку в УПА (более 60%) и делились на две группы — бедняков и середняков (третья группа — богачи — в УПА практически отсутствовала).

БЕДНЯКИ. В довоенной Польше (Западная Украина входила в состав Польского государства до сентября 1939 г.) наибольшему социально-экономическому гнету подвергалось именно крестьянство. Основную его массу составляли бедняки. Однако именно они, разочаровавшиеся как в немецкой, так и в советской власти из-за их отношения к вопросу о земле, отличались наибольшей сознательностью. Бедняки поняли, что только в свободном национальном государстве они получат землю в свою вечную собственность. Их веру в это всячески подпитывала и пропаганда ОУН.

Что касается военной значимости бедняцкой части крестьянства, то надо отметить: она поставляла в УПА прекрасный воинский контингент; здоровый, нетребовательный, выносливый, отважный в бою.

СЕРЕДНЯКИ. Это те крестьяне, которые имели ровно столько земли, чтобы выжить ценой огромного труда и предельной бережливости. Многие середняки до сентября 1939 г. прислушивались к коммунистической пропаганде. Но после того как они познакомились с реалиями жизни в «государстве рабочих и крестьян», середняки стали противниками колхозно-совхозного устройства сельской жизни. Они увидели в национально-освободительном движении защиту своих интересов, поэтому относились к УПА доброжелательно и материально ей помогали. Именно из числа середняков вышла значительная часть национальной интеллигенции, а также большинство деятелей ОУН. Относительно воинских качеств бойцов из середняков можно сказать, что они отличались стойкостью характера и большим патриотизмом.

БОГАЧИ. Зажиточных крестьян в точном смысле этого слова в галичанских отделах УПА практически не было. Но в волынских и полесских отделах они имелись. Это было обусловлено разницей в уровне жизни: полесские села богаче, каждый волынский крестьянин имел вдвое больше земли, чем галичанский. Кроме того, еще перед Первой мировой войной Столыпин провел там хуторизацию. Зажиточные крестьяне Волыни и Полесья были самыми упорными националистами: им было что терять, особенно с созданием колхозов.

Надо сказать несколько слов о различиях между повстанцами-крестьянами Подолья и Карпат. Подоляне — это отважные, дисциплинированные, выносливые воины. По складу характера спокойные, малоподвижные, упорные, не склонные к отчаянию. Любые задания, даже самые сложные, выполняли до конца. Как бойцы были менее приспособлены к боям в горах, но быстрее акклиматизировались в горной местности, чем верховинцы — в долинах.

Верховинцы — подвижный и проворный народ. Отважные до самозабвения, малотребовательные, инициативные. Но их негативной чертой была сильная привязанность к родным местам. Без гор, лесов и полонин они чувствовали себя неважно, скучали. Поэтому как бойцы были наиболее пригодны для действий в составе горных партизанских отрядов.

Можно сделать вывод, что именно крестьяне составляли лучшую часть военного контингента. Недаром немцы, узнав военную ценность украинских крестьян, назвали их «русскими тирольцами». (Тироль — область в Швейцарии, издавна славившаяся своими воинами-крестьянами.)

РАБОЧИЕ. В отделы УПА вступали прежде всего те рабочие, которые давно связали своюсудьбу с национально-освободительным движением, т.е. члены ОУН или симпатизирующие ей. Основная же часть работников заводов и фабрик желала остаться дома, пережидая там смутное время. Поэтому на первом этапе партизанской борьбы (1943—44 гг.) рабочих в повстанческих отделах насчитывалось не более 20—25%.

Но с приближением фронта к границе и под влиянием слухов о войне СССР с западными союзниками в ряды УПА влилось довольно много работников лесопильных, нефтяных, продовольственных предприятий, а также ремесленников из городов. Среди рабочих можно было выделить как бы две группы-генерации — старшую (семейные люди) и младшую (свободные).

Старшая группа состояла из людей, имевших семьи, преимущественно зрелого возраста. С затягиванием борьбы представители этой группы быстро теряли физические и моральные силы, у них появлялись различные тяжелые болезни, не связанные с ранениями. В результате отделы, состоявшие из таких повстанцев, быстро теряли боеспособность. Например, действовавший в Надверянщине отдел Блакитного почти полностью состоял из рабочих старшей группы. К концу 1945 г. они настолько устали и переболели, что отдел пришлось расформировать, а немногих сохранивших боеспособность присоединять к другим отделам. Нередко встречались среди старшей группы рабочих и симулянты.

А вот младшая группа оказалась даже лучше, чем крестьяне. Хотя рабочие физически были слабее, но так упорно занимались на свежем воздухе, что силой и быстротой не раз превосходили крестьян. Их позитивными качествами были определенная интеллигентность, изобретательность, предприимчивость. В бою вели себя отважно. Молодых рабочих, как правило, выдвигали на командирские должности нижнего уровня.

Таким образом, от военных отделов, укомплектованных старшими рабочими, было мало проку, зато младшие давали много преимуществ.

ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ. Интеллигенты составляли до 15% состава в боевых формированиях УПА. Преимущественно это была молодежь, а также некоторые старые члены ОУН.

Откликаясь на призыв Главного Провода ОУН (Б), старшеклассники и студенты массово вступали в повстанческие отделы. В УПА не призывали лиц моложе 15 лет, однако многие школьники все-таки прорывались в отряды по собственной инициативе. Поэтому при ОУН был образован Краевой Провод Юношества, ставший инициатором создания отдельных юношеских отделов для военной подготовки будущих командиров повстанцев. Штаб УПА подхватил инициативу КПЮ и создал в Карпатах подстаршинскую и старшинскую школу «Олени» именно как школу молодых кадров из числа старшеклассников и студентов.

Студенчество представляло наиболее образованную и сознательную часть УПА. В армии повстанцев можно было встретить студентов всех факультетов, даже теологов. Как военный контингент студенты являлись одними из лучших. Во-первых, они, в силу полученного общего образования, быстрее и легче осваивали военное дело. Во-вторых, физически были более развиты, чем рабочие и даже крестьяне, легко переносили тяготы партизанской жизни. В-третьих, будучи идейно убежденными, в тяжелые времена подполья репрессий они не ломались, а с верой смотрели в будущее, отдавали все свои силы борьбе.

После окончания старшинских и подстаршинских школ выпускников из числа старшеклассников и студентов разослали по отделам в качестве инструкторов — вести боевую подготовку. Но некоторые командиры увидели в них конкурентов, якобы претендующих на их должности, поэтому с первого дня отмежевались от выпускников. Иногда дело доходило до того, что последним не выдавали ни теплой одежды, ни продуктов. Такие негативные случаи не были единичными, что не повышало боеготовность подразделений УПА.

Интелигенцию старшего поколения врядахх УПА представляли закаленные профессиональные деятели ОУН. Именно они создали эту организацию и повели массы в бой. Твердость характера, сильная воля, упорство, отвага, патриотизм, честность — таковы их отличительные качества. Во имя идеи освобождения Украины они еще в 30-е годы отреклись от всего личного и ушли в подполье. Загнанные врагами, они не сдавались в плен, предпочитая погибнуть в неравном бою или кончить свою жизнь самоубийством. Таким образом, интеллигенция количественно составляла меньшинство в УПА, но отличалась наилучшими идейными и профессиональными качествами.

В заключение следует отметить, что партизанская борьба тяжела и сурова, она связана с серьезными физическими и психологическими испытаниями. Поэтому в ОУН—УПА самым тщательным образом заботились о пополнении повстанческих отделов новобранцами.

Организация Украинской повстанческой армии

Структура УПА в годы немецкой оккупации изменялась и развивалась, в советское же время она оставалась устойчивой, но количественно постоянно уменьшалась.

Во второй половине 1943 г. Главный военный штаб перебазировался от Костополя на Львовщину. В августе 1943 г. Главный военный штаб (ГВШ) был отделен от Центрального (Главного) Провода ОУН (Б), хотя Р. Шухевич одновременно выполнял функции главы ОУН (Б) и главнокомандующего всеми военными формированиями УПА.

Организационная структура и органы командования

Военное командование УПА осуществляли Главный командир (Главнокомандующий) и его штаб (Главный штаб УПА).

Главными командирами УПА были: с весны 1943 г. — Д. Клячкивский (Клим Савур); в 1943—50 гг. — Р. Шухевич (Тарас Чупринка), в 1950—55 гг. — В. Коваль. Главному командиру подчинялись краевые командиры и краевые штабы УПА.

Краевому командованию подчинялись командиры военных округ и их штабы, а им, в свою очередь, — командиры секторов (видтинков) со своими штабами. На задачах, функциях и организации работы штабов остановимся чуть позже, а пока рассмотрим генезис органов командования.

Предтечей Главного командования был ГВШ — Главный войсковой штаб ОУН (который сначала назывался Краевым войсковым штабом — КВШ), созданный перед началом советско-германской войны во исполнение постановлений 2-го Большого сбора ОУН, состоявшегося в апреле 1941 г. КВШ ОУН руководил майор Перебийнос (Д. Грицай), военный референт Провода ОУН. После его ареста весной 1943 г. руководство КВШ осуществлял майор Тур (Р. Шухевич).

Членами КВШ и руководителями его отделов были:

1. Майор А. Гасин (Рыцарь) — Организационно-мобилизационный отдел.

2. Вейс — Разведывательный отдел.

3. Чернота — Хозяйственный отдел.

4. Майор С. Новицкий (Вадим), сотник В. Сидор (Вышитый-Шелест), полковник В. Евтимович — Отдел военной выучки.

5. Пропагандистский отдел: Я. Старух (Стояр), И. Позычанюк (Шаблюк-Шугай).

6. Политвоспитательный отдел: Батько (О. Грабец), В. Коваль, Л. Шанковский, Омелько.

В связи с организацией УПА на Полесье и Волыни, УНС в Галиции, осенью 1942г. этот КВШ был переименован в ГВШ — Главный военный штаб и организовались два других КВШ: Карпатский для галицкой УНС и Волынский для УПА-Север.

В сентябре 1943 г. произошло формальное отделение Главного командования УПА от Центрального Провода ОУН. ГВШ ОУН был переименован в ГВШ УПА и была создана должность главного командира УПА, которую в ранге подполковника под псевдонимом Тарас Чупринка занял Р. Шухевич, повышенный постановлением Украинской главной освободительной Рады с 9 февраля 1946г. до звания генерала, с датой старшинства от 22 января 1946 г. Волынский КВШ ОУН стал штабом УПА-Север, во главе с генералом Гончаренко (Леонид Ступницкий), а Карпатский КВШ ОУН с января 1944г.— штабом УПА-Запад под руководством майора Вадима.

Все эти изменения формально зафиксировали реальное положение дел, существовавшее с весны 1943 г. Фактически руководство всей УПА с весны 1943 г. было сосредоточено в руках тройки: главного командира УПА подполковника Тараса Чупринки, командира тыла Павленко (Ростислав Волошин) и политического руководителя УПА Шаблика-Шугая (Иосиф Позычанюк).

Шефом штаба УПА (начальником штаба) был с момента переименования ГВШ ОУН в ГВШ УПА и создания должности ГК УПА — руководитель ГВШ майор Перебийнос. Но формально должность шефа штаба УПА была учреждена лишь в начале 1945г.

После смерти Перебийноса (в ранге генерала с 1 ноября 1945 г.) пост ШШ УПА занял в начале 1946 г. майор Рыцарь (А. Гасин), с 22 января 1948 г. — полковник. После смерти полковника Рыцаря в июле 1949 г. и.о. ШШ УПА стал майор В. Сокол.

Задачи и функции штабов УПА

С помощью военных штабов командиры осуществляли руководство воинскими формированиями. Основной задачей военного штаба было обеспечение своевременного принятия обоснованного командирского решения и претворение его в жизнь. Воинские штабы охватывали следующий круг деятельности:

— производили размещение формирований в своем регионе;

— поддерживали постоянную связь с находящимися в их подчинении формированиями и учреждениями;

— собирали сведения о противнике, о его дислокации, силах и планах; составляли сводки разведывательных данных для командира;

— вели учет сведений о подчиненных воинских подразделениях и учреждениях (их командный состав, численность, вооружение, снаряжение, обеспечение продовольствием, выучка, моральное состояние) и докладывали эти сведения командиру;

— готовили приказы командира и передавали их к исполнению подчиненным повстанческим формированиям, а также собирали рапорты от этих воинских частей и передавали их командиру; контролировали точное исполнение приказов и своевременное предоставление полных отчетов;

— руководили поставкой продовольствия, снаряжения и вооружения для подчиненных воинских частей, управляли эвакуацией тыловых учреждений (госпиталей, хозяйственных баз).

Местонахождение штаба и его отделов выбиралось таким образом, чтобы:

— обеспечивать по возможности одинаковую связь штаба со всеми подчиненными формированиями;

— обеспечивать скрытость и конспирацию;

— обеспечивать быструю связь внутри штаба (отделы штаба не удалялись от шефа штаба и друг от друга дальше чем на пять минут ходьбы);

— обеспечивать эвакуацию штаба без вреда для его работы;

— пункт связи штаба не был удален от самого штаба более чем на час-полтора ходьбы.

Шефу штаба, являвшемуся прямым заместителем командира, вменялось в обязанность:

— руководить работой Подчиненного ему штаба и отвечать за это перед вышестоящим ШШ и своим командиром;

— контролировать работу своего штаба и нижестоящих штабов;

— представлять для утверждения в должности начальников отделов подчиненных ему штабов;

— отрабатывать приказы командира, подписывать их вместе с ним (на левой стороне документа) и передавать эти приказы для исполнения;

— собирать от нижестоящих штабов и подчиненных повстанческих формирований отчеты и передавать их командиру (при этом ШШ требовал особой конспирации);

— докладывать командиру о текущих делах и выражать свое мнение относительно способов их решения.

Начальники отделов военного штаба руководили подчиненными им отделами и отвечали перед ШШ за их работу. Начальникиотделов штаба являлись деловыми руководителями соответствующих начальников нижестоящих штабов. Письменные отчеты они представляли командиру через шефа штаба, а устные — перед командиром в присутствии ШШ или перед самим шефом.

Организационная структура УПА

С целью более четкого руководства войсками УПА была разделена по территориальному принципу на четыре главных территориальных управления — Генеральные военные округи (ГВО).

Каждая из этих ГВО в свою очередь делилась на военные округи (ВО).

Низшим звеном территориального раздела УПА были «тактические видтинки» (ТВ) — секторы, на которые делились военные округи.

Охарактеризуем эту структуру конкретно. Как уже указывалось, вся УПА делилась на четыре ГВО:

УПА-Север (район действий — Волынь и Полесье), УПА-Запад (Галичина, Буковина, Закарпатье и области за бывшей линией Керзона), УПА-Юг (Каменец-Подольская, Житомирская, Винницкая и южная часть Киевской областей), УПА-Восток (северная

* УПА-Восток рейдировала по восточным районам Украины, и с 1944 г. судьба этой ГВО неизвестна, вероятны гибель части ее состава и рассредоточение. УПА-Восток так и не стала оперативным формированием.
полоса Житомирской, северная часть Киевской и частично Черниговской областей).*

ГВО УПА-Север имела три военные округи:

• ВО «Туров» (район действия — Владимирщина, Ковельщина, Луччина);

• ВО «Заграва» (Березно, Володимирец, Высоцк, Давыд-Городок, Дубровица, Клегов, Костополь, Лунинец, Людвиполь, Морочно, Пинск, Рафаловка, Рокитно, Сарны, Степань, Столин);

• ВО «Волынь-Юг» (Ровно, Клевань, Тучин, Межеричь. Корец, Гоща, Александрия, Дубно, Острожец, Демидовка, Млинов, Козин, Верба, Радивилов, Кременец, Шумск, Додеркалы, Почаев и Лановцы).

ГВО УПА-Запад имела шесть военных округ:

• ВО «Лисоня» (территория Тернопольщины, Подднестр);

• ВО «Говерла» (Гуцульщина и Буковина);

• ВО «Черный Лес» (Станиславовщина);

• ВО «Маковка» (Стрыйщина, Дрогобыччина, Самборщина и Турчанщина);

• ВО «Буг» (Львовщина);

• ВО «Сан» (Закерзонье).

ГВО УПА-Юг имела три военные округи:

• ВО «Холодный Яр»;

• ВО «Умань»;

• ВО«Винница».

* * *

ГВО командовали командиры, должности которых соответственно именовались так: командир УПА-Север, командир УПА-Юг, командир УПА-Восток, командир УПА-Запад при посредстве краевых войсковых штабов (структура которых копировала структуру ГВШ). Аналогичное строение имело и командование ВО.

Однако состояние каждой из четырех групп отличалось определенными особенностями.

УПА-Север

Эта ГВО организовалась первой. В октябре 1942 г. появились два первых отдела УПА — Остапа (Сергея Качинского) и Довбенко-Коробки (Перегийняка), которые вскоре достигли численности сотен. В ноябре и декабре появились еще три сотни — Дороша, Крука и Гонты. В феврале 1943 г. это были уже курени. Всеми боевыми действиями и организационным процессом руководил уполномоченный делегат КВШ при Проводе ОУН полковник Шелест (Конрад, Зов; настоящее имя Василий Сидор). Стремительный рост УПА происходил между 20 и 30 марта 1943 г., когда волынские и полесские вспомогательные части украинской полиции массово уходили в лес к УПА.

Первым командиром УПА-Север стал проводник ОУН северо-западных украинских земель Охрим (полковник Роман Клячкивский), взявший псевдоним командира ГВО Клим Савур. (В этой должности он оставался до своей геройской смерти 12 февраля 1945 г.)

Весной 1943 г. в ряды УПА вступил бывший полковник УНР Леонид Ступницкий, которому полковник Шелест передал должность ШШ УПА-Север. Этот пост Л. Ступницкий под псевдонимом генерал Гончаренко занимал до своей гибели 30 июля 1944 г.

В связи с охватом действиями УПА всей территории Волыни и Полесья Главное командование УПА решило организационно оформить военные округи. Юго-запад был разделен на упомянутые выше ВО, в которых должности командиров заняли: ВО «Туров» — командир Рудый, ВО «Заграва» — командир Пташка (Сильвестр Затовканюк), ВО «Волынь-Юг»—командир Береза.

В августе 1943 г. вместе с Полесской Сечыо Бульбы-Боровца перешли в УПА три полковника — Кульжинский, Литвиненко и Эн, входившие в Волынский КВШ как штаб УПА-Север. Членом этого же штаба стал майор Поль-Полевой (входил в группу А. Мельника, но потом вместе со своим отделом перешел в УПА, где руководил старшинскими школами).

В сентябре 1943 г. ВО «Туров» и ВО «Заграва» были соединены в одну оперативную группу «Лесная песня». Ее командиром стал сотник Дубовой, его замом по административным делам — командир Юрко, заместителем по войсковым делам — командир Штайер. В феврале 1944 г., когда Пташка погиб в бою, обе ВО снова были разделены; сотник Дубовой стал командовать ВО «Заграва».

В момент наибольшего размаха движения сопротивления (весна—лето 1944 г.) состав УПА-Север был таков: командир УПА-Север полковник Клим Савур (Р. Клячкивский), зам. командира полковник Кар-пович-Кременецкий (Михаил Медведь), шеф штаба — генерал Гончаренко (Л. Ступницкий).

ВО «Туров»: командир майор Рудый, зам. командира Вовчак, шеф штаба — майор Богун.

1. Загон им. Богуна — командир полковник Острожский; курени: Щуки, Назара Криги, Ярока, Ливара.

2. Загон «Месть Полесья» — командир Верховинец; курени: Голобенко, Яремы, Юрка.

3. Загон им. Наливайко — командир Эн; курени: «Орлы» (командир Код), Мухи, Грома, Кубика.

Кроме этого, были три куреня отдельных поручений: Базаренко, Березы, Сокола.

ВО «Заграва»: командир Пташка, после его смерти — майор Дубовой, зам. командира — сотник Ивахов, шеф штаба — майор Макаренко.

1. Загон им. Коновальца, командир — Ярема; курени: Коры, Лайдаки, им. Богуна.

2. Загон Энея, командир — Эней; курени: Дороша, Кватеренко-Полевого, Гонты, Верещаки (курень отдельных поручений).

3. Загон Дубового, командир — Дубовой; курени: Шакалы, Шавули, Острого.

4. Загон Олега, командир — Олег; курени: Чутки, Цыганы, Евгена.

ВО «Волынь-Юг»: командир — Береза, шеф штаба — Черник.

1. Загон Крука, командир — Крук; курени: Буревия, Докса, Дикса, Быстрого (курень отдельных поручений).

2. Загон Эн; курени: Горленко, Меча, Дуная. После гибели полковника Клима Савура, командиром УПА-Север стал полковник Карпович-Кременцкий (Михаил Медведь; погиб 4 июня 1945 г.), а после него — майор Дубовой.

Таким образом, в УПА-Север наибольшей оперативной единицей являлся загон (соединение), состоявший из трех или четырех куреней. Однако в боевых действиях загоны как таковые участия не принимали, а только их курени.

УПА-Запад

На территории Галичины уже в 1942г. боевые группы ОУН разрослись в Украинскую Народную Самооборону. Название стало популярным, и хотя после создания УПА УНС влилась в ряды повстанцев, именование «УНС» сохранялось до конца 1943 г. В начале 1944 г. оно исчезло, уступив место названию «УПА-Запад».

То же самое произошло с вооруженным сопротивлением на Буковине, которое до 1943 г. носило название Буковинская самооборонная армия (БУСА), а потом стало частью УПА-Запад. Командиром БУСА был Луговой.

Организацией УНС и переходом ее в УПА-Запад руководили члены ГВШ УПА: полковник Рыцарь — на территории Карпат, а на Львовщиие и Тернопольщине — полковник Шелест-Вышитый, ставший позже командиром УПА-Запад.

Во время наибольшего развития войсковых структур УПА (период лето—осень 1944 г.) состав УПА-Запад был следующим:

Командир УПА-Запад — полковник Шелест-Вышитый, шеф штаба — сотник В. Хмель.

1. ВО «Лисоня»: командир — майор В. Гром;

курени: «Холодноярцы» (командир Град), «Бурлаки», «Лесовики», «Рубачи» (командир Чугайстер), «Буйные», «Иголки».

2. ВО «Говерла»: командир—Стеновой, затем— Хмара;

— курень «Буковинский» (командир Лесовой);

сотни: «Авангард» (командир Павленко), «Серые Волки» (командир Быстрый), «Бояре» (командир Боярин);

— курень «Победа» (командир Недобитый); командиры сотен: Подгорский, Дорошенко, Хмара;

— курень «Гайдамаки», командир Рен; сотни «Сурма», им. Богуиа, им. Гонты;

— курень «Гуцульский» (командир Тиса); сотни «Черемош», «Черногора», «Говерла»;

— курень «Карпатский» (командир Козак); сотни «Березовка», «Трембита», им. Колодзинского,

3. ВО «Черный лес»: командир — полковник Резун-Грегит (Николай Андрусяк); курени «Смертрносцы» (командир Черный), «Подкарпатский» (командир Прут), «Звоны» (командир Хмара), «Сивуля» (командир Искра), «Довбуш» (командир Гамалия), «Бескид» (командир Довбуш).

4. ВО «Маковка»: командир — майор Козак;

Курени: «Львы» (командир Н.), «Булава» (командир К.), «Зубры» (командир Прут), «Летуны» (командир Летун), «Журавли» (командир Г.), «Бойки, им. Хмельницкого» (командир Грузин), «Бассейн» (командир Тараско).

5. ВО «Буг»: командир — полковник Вороный;

Курени: «Дружинники» (командир Черник), «Галайда» (командир Ем), «Кочевники» (командир Штиль), «Переяславы» (командир Бриль), «Тигры» (командир Ромко), «Перебийнос» (командир Шумский).

6. ВО «Сан»: командир — Орест;

— курень: «Волки» (командир Ягода-Черник); сотни: «Волки-І» (командир Карпо), «Волки-ІІ» (командир Дуда), «Волки-III» (командир Багряный);

— курень: «Мстители» (командир Зализняк); сотни: «Мстители-I» (командир Шум), «Мстители-II» (командир Бес, Баглай), «Мстители-ІІІ» (командир Ярый), «Мстители-IV» (командир Туча), «Мстители-V» (командир Калинович);

— курень: Рена (командир Рен); сотни: 1. Бурлаки, 2. Веселого, 3. Искры;

— курень: Евгена (командир Евген).

7. Курени особого назначения: «Сероманцы» (командир Яструб), «Полтавцы» (командир Максим), «Черноморцы» (командир Сич).

После перехода фронтов, а именно во время больших боев в Закерзонье в 1946—47 гг., в ВО «Сан» действовали отделы УПА численностью по 130—180 бойцов:

1) ТВ (Территориальный видтинок) «Лемко»: командир майор Рен. Отделы: Бурлаки, Громенко, Хрена (120 человек). Мирона (120 человек), Ласточки, Стаха, Бурого, Дидыка, Бродича, Семена, Крылача, Орского.

2) ТВ «Бастион» (Перемыщина), командир Зализняк. Отделы: Хомы, Байды, Черного, Осипа, Черника, Нечая, Сруба.

3) ТВ «Данилов» (Холмщина), командир сотник Б. Отделы: «Волки-I» (командир Капка, потом Крапива, потом Яр);

— «Волки-II» (командиры Лис, Дуда),

— «Волки-III» (командир Звезда, потом Гайда, потом Давид),

— «Галайда-II» (командиры Кулеш, Ворон),

— «Кочевники» (командир Штиль). После реорганизации в отделы УПА в районе Карпат и Прикарпатья в 1947—48 гг., действовали отделы: «Авангард», «Бассейн», «Березииский», «Березовский», «Быстрые», «Быстрина», им. Богуна, «Булава», «Всадники», им. Витовского, «Гуцулы», им. Гонты, «Звоны», «Днестр», «Довбуш», «Донского», «Дружинники», «Жубры», «Журавли», «Заграва», «Железные», им. Колодзинского, «Крутые», «Летуны», «Лели», «Надднепрянцы», «Непобедимые», «Опришки», «Рыси», «Сивуля», «Серые», «Серые Волки», «Сироманцы», «Смертоносцы», «Спартак», «Сурма», «Сурмачи», «Трембита», им. Хмельницкого, «Хорты», «Черемош», «Черные Черти», «Чернота», «Черногора».

Из всего сказанного следует, что в УПА-Запад высшую самостоятельную единицу составлял курень, и лишь в случаях необходимости для проведения определенной акции курени объединялись в оперативную группу.

УПА-Юг

Начало созданию УПА-Юг положила походная группа ОУН-Юг, которая в составе примерно тысячи бойцов вступила в июне 1941 г. на территорию Южной Украины. Свои задачи эта походная группа выполнила, а в Одессе, Кривом Рогу, Днепропетровске, Мариуполе, Сталине и некоторых других местах возникли сильные подпольные центры, состоявшие из местного украинского населения. А Одесса стала центром печати подпольной литературы для всей Украины, кроме того, там выпускались листовки и брошюры на языках восточных народов.

Колониальная политика немцев вызвала негодование всего населения и подтолкнула жителей юга Украины и подпольщиков к вооруженному сопротивлению. Подобные намерения усиливались в связи с вестями о начале повстанческо-партизанского движения на Полесье и Галичине. Весной 1943 г. по инициативе старого националиста-революционера Деда Тараса, бывшего члена повстанческих отрядов в Холодном Яру, тут организовался первый приднепровский курень УПА под командованием Костя. Вскоре после этого появился второй отдел УПА на Уманщине под командованием Остапа, а потом курень под началом Саблюка.

Летом 1943 г. Главное командование УПА назначило командиром УПА-Юг полковника Батько (Емельяна Грабца), который до этого занимал пост начальника Главного войскового осередка при ГКУПА.

Во время перехода фронтов состав УПА-Юг был следующим.

Командир УПА-Юг полковник Батько, зам. командира Антон (погиб в декабре 1943 г.), шеф штаба — Крапива (погиб в июне 1944 г.).

1. ВО «Холодный Яр»: командир Кость, шеф штаба — Дед Тарас; курени: Саблюка, Довбуша.

2. ВО «Умань»: командир Остап, шеф штаба — Нюра; курени: Довбенко, Бывалого, Андрея-Шума.

3. ВО «Винница»: командир Ясень; курени: Старчана, Мамая, Буревоя.

Во время перехода фронтов курени ВО «Винница» и «Умань», отступая на Волынь, вели отчаянные бои с заградительными отрядами НКВД советских фронтов. Эти бои в Гурбенских лесах и последовавшие за ними трехмесячные облавы основательно обескровили курени УПА. Тяжелые потери понесли и курени ВО «Холодный Яр», поэтому после, гибели Батько (10 июня 1944 г.) группа УПА-Юг приказом ГК УПА была расформирована. На территории действий ГВО остались лишь небольшие отряды повстанцев (в районах больших лесных массивов), а уцелевшие подразделения куреней ГВО УПА-Юг были включены в состав УПА-Север.

УПА-Восток

Основу повстанческих отделов УПА-Восток должны были составить члены средней и северной походных групп ОУН. Но они добрались до мест назначения, потеряв значительное количество бойцов, так как подверглись арестам гестапо и расстрелам. Кроме того, эта территория все время была близка к фронту. Поэтому УПА-Восток не успела обрести законченные организационные формы, как три других ГВО. Отдельного командования УПА-Восток создано не было. В этом регионе действовали лишь одиночные повстанческие части, о которых сохранилось очень мало документальных сведений.

Летом 1943 г. из Пустомитских лесов в рейд на северо-восточные украинские земли с частью своего загона вышел в рейд командир Эней (УПА-Север, ВО «Заграва»). Он дошел через Коростень до Малинских лесов (Житомирщина), задержавшись в них до поздней осени, а потом по приказу командования УПА-Север вернулся на Волынь. Несколько отделов из загона Энея перешли Днепр и осели в Черниговских лесах. После возвращения Энея в район Коростень—Чернигов остались части куреня Верещаки и Евгена.

Весной 1944 г. на восток, перейдя в Северной Житомирщине фронт, выдвинулся курень Дороша из загона Энея. В сообщениях, поступавших из этих рейдов, особенно с лета 1943 г., говорилось о том, что в Северной Киевщине и на Черниговщине повстанцы встречались с действовавшими там местными отрядами сопротивления. Но других достоверных фактов о них не имеется.

Организационная система УПА

Широко применяемые термины «отдел» и «подотдел» не определяли величину формирований УПА, а являлись функциональным признаком самостоятельной или несамостоятельной части. Структурно-самостоятельную в данное время и на данной территории боевую единицу называли отделом, а ее часть— подотделом. В 1942 г. отдел УПА насчитывал 100—150 бойцов; в 1943—45 гг. (а в Карпатах до 1947 г.) отделом называли обычно курень, а подотделом — сотню. В 1945—47 гг. отдел УПА составлял одну-две сотни (в том числе неполного состава), а подотдел — чету. С 1948 г. отдел УПА насчитывал лишь 50—100 бойцов, а подотдел — от 10 до 30 повстанцев.

Командовали частями соответственно роевой, четовой, сотенный, куренной, или командир отдела, командир подотдела. Все эти наименования указывали на признаки исполняемых функций, а не на старшинские или офицерские звания. Даже после основания старшинских школ УПА (1943 г.) и с момента начала работы УГОР, которая могла присваивать старшинские звания, функциональные признаки командования остались прежними (например, сотенный; фактически командиром сотни мог быть сотник, майор, полковник, как и старшина низшего ранга, и даже подстаршина).

Организационным принципом УПА являлась троичная система. Высшая единица-формирование состояла из трех низших. Так, курень состоял из трех сотен, сотня из трех чёт, чета — из трех (двух-четырех) роев. Определенные отклонения были обусловлены количественным составом, тактическими задачами, нехваткой командиров или местными обстоятельствами.

Основной организационной и тактической единицей УПА был курень, т.е. отдел, имевший устойчивую организацию и постоянный состав, способный решать тактические задачи.

Организация и состав повстанческого куреня имели определенные отличия от штатного состава и вооружения батальона регулярной армии. Повстанческий курень включал в себя: штаб (куренной, его заместитель, адъютант куренного, политвоспитатель, врач), три стрелковые сотни, одну сотню тяжелых пулеметов, одну чету тяжелых гранатометов, одну чету другого тяжелого вооружения (пушки, минометы — в зависимости от имеющегося оружия).

Численность куреня колебалась от 300 до 600 бойцов. Во главе куреня стоял куренной, по службе подчиненный командиру ТВ, а организационно-территориальному и окружному руководству.

Куренной обладал следующими полномочиями: был командиром всем старшинам и бойцам своего отдела; имел право отдавать приказы; руководил администрацией куреня; определял тактические задачи сотням и самостоятельным четам; подавал аттестации на награды и продвижение по службе; имел право административного расследования и наказания.

Куренной мог иметь адъютанта. Документацию куреня вел писарь (бунчужный). Часто адъютант куренного командира одновременно исполнял обязанности бунчужного.

Повстанческая сотня нередко называлась отделом. В ее состав входили сотенный со своим эскортом, три стрелковых четы, рой тяжелых пулеметов, боевое, продовольственное и складское звенья. Численность сотни была 60—200 повстанцев в зависимости от условий и специфики боевых действий. Обязанности сотенного в пределах сотни были подобны обязанностям куренного в курене. В руководстве внутренней службой сотенному командиру помогал бунчужный.

Повстанческая чета (или подотдел) состояла из четового, трех роев и звена легкого гранатомета.

Повстанческий рой состоял из роевого, его заместителя (звеньевого), пулеметного звена (1 пулемет, 3 амуниции с боеприпасами) и стрелкового звена (звеньевой и четыре стрелка).

Указанная организационная схема могла изменяться по боевым причинам: гибель, ранения, командировки, переформирования. Часто повстанческий рой состоял из двух звеньев стрелков. Поэтому нельзя сказать, что данная система всегда была одной и той же, все зависело от условий боевых действий. Однако при организации и реорганизации повстанческих формирований всегда вводилась именно она.

Организационная структура УПА предусматривала также создание полков (загонов) из 8—10 сотен, но этого никогда не было достигнуто.

Кроме организованных куреней и сотен, которые постоянно находились под командованием куренных и сотенных, в УПА входили еще и территориальные части (от роя до сотни), которые выполняли местные специальные задания территориального и даже центрального руководства. Структура и численность их была различной, но в общем тоже соответствовала троичной системе. Иногда в округе действовало до тридцати таких формирований.

Командир

В УПА, как и в любых других вооруженных силах, имело место разделение личного состава на командиров и рядовых бойцов. Командирами могли быть как старшины (армейский аналог — офицеры), так и подстаршины (армейский аналог — прапорщики, фельдфебели и т.п.). Однако куренями, сотнями и специальными отрядами командовали преимущественно старшины. Каждый командир имел псевдоним (впрочем, как и любой другой повстанец), а его формирование обладало кодовым названием.

Командир полностью отвечал за общее состояние и боевую готовность своего формирования, за организацию руководства и за его действия в бою. В частности, командир был обязан:

— обеспечить высокий моральный дух, дисциплинированность, боеспособность и боевую готовность подчиненных;

— быть для подчиненных постоянным примером активности, храбрости, образцом самообладания и упортства, особенно в тяжелые минуты боя;

— знать тактические приемы в боевые возможности противника;

— знать личные особенности своих бойцов, их настроение, уровень выучки, состояние оружия, наличие боеприпасов, продовольствия, одежды, обуви и вообще всего необходимого для боя и повседневной жизни;

— отмечать подвиги подчиненных, обеспечивать сплоченность подразделения, поддерживать его боевые традиции.

Командир также должен был являться примером революционной бдительности, беспощадно бороться со шпионами, вредителями и диверсантами. Он был обязан строго хранить военную тайну, твердо искоренять вредные и пораженческие слухи.

Для успешного выполнения каждого задания командир должен был проявлять инициативу и находчивость, широко применять военную хитрость.

Быть образцом для подчиненных — это значит, прежде всего, отдавать все свои силы (а если надо, то и жизнь) делу борьбы с врагом.

Так, у истоков Украинской национальной самообороны Галиции стоял краевой проводник Роберт. Его активность и энергия были чрезвычайно высоки. В сутки ему хватало двух-трёх часов сна, стакан чая и сухарь были его обычной едой. Несмотря на огромный объем работы, он находил время на организацию и подготовку отрядов УНС, а потом и УПА. Создание украинской армии стало делом всей его жизни, за которое он и погиб в бою с поляками.

Мужество и отвага командира поднимает боевой дух воинов, подвигает их на геройские поступки. Отважных командиров подчиненные буквально боготворили. История УПА сохранила множество примеров героизма ее командиров.

Например, командир отдела «Хорьки» Бей был ранен наибольшее количество раз среди всех командиров УПА, так как всегда находился впереди отдела. Он был награжден «Золотым крестом боевой заслуги» обеих степеней, имел наибольшее количество звездочек за ранения.

Осенью 1944 г. большевики проводили большую облаву в Черном Лесу. Чтобы сделать возможным безопасный выход из окружения, куренной Гамалия привлек на свой отдел самый сильный удар противника. В том бою 1 ноября 1944 г. тяжелораненный Гамалия сдерживал атаки, спасая своих повстанцев, а потом в безвыходной ситуации окружения застрелился.

Быть примером самообладания — это значит сохранять присутствие духа во всех критических случаях. Ведь в такие минуты воины смотрят лишь на командира, ожидая от него спасения. Его растерянность легко передается бойцам, и те, обуреваемые страхом, превращаются в стадо. Тогда неизбежен разгром даже опытного боевого подразделения. Поэтому командиру УПА ни при каких условиях нельзя было терять выдержку и хладнокровие.

Так, 4 марта 1947 г. отряд КБП (корпус безпеченства публичнэго) Польши численностью более 500 человек по следам на снегу вышел на два отдела УПА, остановившиеся в лесном массиве Турница около Перемышля. Повстанческие отделы быстро развернулись и завязали бой. Главный натиск противника сосредоточился на одном из флангов. В течение двух часов поляки потеряли здесь 40 человек убитыми. Но погибли и 13 повстанцев. Отделы УПА, продолжая обороняться, начали планомерный отход. Они уносили с собой всех своих раненых воинов. И хотя все окрестные села окружил противник, отделы пробились с боем в село Гралеву, где взяли подводы для раненых. Дальнейшее отступление затруднял глубокий снег, достигавший более метра. Лошади грузли и не могли идти. Тогда в сани с ранеными запряглись сами повстанцы и тянули их под вражеским огнем. Командиры роев и чет несли на руках своих товарищей, поддерживали ослабленных и уставших повстанцев. В конце концов противник, утомленный тяжелым переходом и понесший значительные потери, прекратил преследование. Успех повстанцев стал возможен прежде всего благодаря твердости и выносливости командиров.

Предприимчивость, умение принять правильное решение в сложной ситуации — это такие качества, которыми обязательно должен обладать партизанский командир. Он должен хорошо разбираться в людях, ориентироваться в местных условиях и в любой ситуации обеспечивать поддержку действий повстанцев местным населением, в том числе даже за пределами Украины.

Например, летом 1949 г. отдел УПА под командованием сотника Хмары проводил политико-пропагандистский рейд в Румынию. Отдел пересек границу на горе Радеска и пошел по окрестностям городов Вишев и Сигит, задерживаясь в некоторых селах на несколько дней. Население повсюду приветливо встречало повстанцев. Они распространили тысячи листовок, провели сотни бесед, десятки митингов. Заместитель командира отдела старшина Перебийнос хорошо владел румынским языком и был душой этих встреч. Румынские войска получили приказ остановить повстанцев. Однако местное население своевременно сообщало повстанцам о передвижениях правительственных войск. Это позволило отделу Хмары обходить все засады и избегать облав. Позже из-за концентрации в районе рейда большого количества войск противника, отдел УПА ушел в лесные массивы румынских Карпат. Еще несколько недель сотня продолжала рейд по горным селам, а в конце июля, не потеряв ни одного человека, вернулась на Украину.

Вооружение

В период организации повстанческих отделов возникла потребность в обеспечении их вооружением. ОУН имела некоторые запасы оружия, но небольшие: Поэтому на начальных стадиях борьбы отделы часто располагали не более чем 50—75% необходимого вооружения.

Например, по данным куренного Хмеля в его курене в 1942 г. было три ручных пулемета без прицелов, подставок и сошек, личный состав вооружался даже обрезами.

Наиболее плохо обстояли дела с оружием в учебных отделах, от чего страдали подготовка и выучка. В тот период основным оружием повстанцев была винтовка польского, немецкого или советского образца. Не все командиры имели пистолеты, не хватало гранат. Например, на весь курень Гайдамаки поначалу было всего лишь 305 винтовок и три пистолета.

Но с расширением партизанской войны увеличивались и запасы оружия. Практически каждый отдел накопил такие запасы оружия, что его хватило бы еще на несколько отделов. Недостаток оружия и амуниции был преодолен. Во многом этому способствовало и то, что немцы оставляли вооружение при отступлении в 1944 году: Также имели место случаи обмена оружия и амуниции на разведданные о наступавшей Красной Армии. Количество стрелкового оружия увеличивалось и вследствие активизации борьбы отделов УПА с немцами в виде налетов с целью захвата вооружения.

Перед рейдом отделов из Черного Леса в Дрогобычину (1944 г.) краевой командир УПА издал приказ о пересмотре состава вооружения повстанческих формирований. К тому времени практически все повстанцы были вооружены автоматами. Каждый рой имел по два пулемета, на чету приходилось по несколько легких и тяжёлых гранатометов, сотни имели фаустпатроны и минометы. Все это было неплохо в плане огневой мощи, но делало повстанческие отделы тяжелыми, неповоротливыми, зависимыми от большого обоза. Поэтому возникла необходимость реорганизации отделов в аспекте вооружения.

Согласно изданному приказу, партизанские отделы считались пробивными (т.е. штурмовыми) и должны были отличаться легкостью, подвижностью и силой огня. Отмечалось, что «пушки и тяжелые гранатометы дают большую силу огня и действуют на врага деморализующе, но они сильно отяжеляют отделы и вынуждают пользоваться дополнительной тягловой силой для транспортировки тяжелого вооружения и принадлежности к нему. Это делает отделы перегруженными и малоподвижными, а во время долгих рейдов такая маршевая колонна, вместе с обозным и амуниционными звеньями, очень растянута. Хотя повстанческий отдел сам себя охраняет, но в таких случаях есть опасность, что враг разорвет маршевую колонну или атакует спереди или сзади».

В этом же приказе говорилось о нерациональности вооружения всех повстанцев автоматами. Хотя автоматы обеспечивают сильный и плотный огонь, они эффективны иа дистанции не далее 200 метров, часто дают осечки и быстро портятся (ломаются). Винтовка тяжелее, но имеет большую дальность стрельбы и ею можно воевать врукопашную, пробиваться штыком. Поэтому командование УПА приказало сократить число стволов автоматов, а вместо них снова взять винтовки.

В УПА избыток оружия сдавался на хранение и являлся резервом для новых отделов. Каждый отдел имел подстаршину-оружейника, в обязанности которого входило раз в десять дней осматривать оружие и контролировать его исправность; отправлять поврежденное вооружение в оружейную мастерскую. УПА организовала оружейные мастерские почти на каждой повстанческой базе. В них работали, как правило, несколько профессиональных слесарей, ремонтировавших поврежденное вооружение и переделывавших его составные части, а также несколько столяров, изготовлявших приклады и накладки к оружию.

Оружейник обязан был также осуществлять инвентаризацию оружия. Излишки он отправлял в ведомства ОУН или отсылал на склады, так называемые магазины. Магазины оружия (схроны) — это глубокие подземные бункеры с двойными стенами (чтобы уберечь оружие от влаги). Кроме того, внутренние стены покрывались железом. Каждая единица оружия хорошо смазывалась и оборачивалась непромокаемой тканью. Амуниция лежала в ящиках с описями вложения. Помимо всего, в обязанности каждого повстанца входило бережное обращение с оружием, а также ответственность за его состояние.

Образцы вооружения

С тактической точки зрения партизанская война предполагает проведение крупных боевых операций малыми силами.

Такие специфические формы этой войны, как рейды, засады, налеты, маневрирование требуют, чтобы партизанское вооружение было наиболее рациональным, отличалось легкостью и большой силой огня. В этом плане наиболее ценным является автоматическое стрелковое оружие, легкие гранатометы, противотанковые ружья.

На вооружении УПА находилось много образцов автоматического оружия различных систем и производства, но наибольшее распространение имели немецкие пистолеты-пулеметы МП-40, венгерские 39М, советские ППД-40, ППШ-41, ППС-43. Например, на фотографии вооружения одного из отделов УПА, хранившейся в архиве КГБ, можно насчитать около ста пистолетов-пулеметов системы Судаева из ста двадцати единиц стрелкового оружия. Кратко рассмотрим наиболее распространенные в УПА образцы вооружения.

Автоматы. Пистолет-пулемет ППД-40 (СССР): калибр — 7,62 мм, масса со снаряженным магазином — 5,45 кг, длина — 788 мм, прицельная дальность — 200 метров, практическая скорострельность 100—120 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 500 м/с, емкость магазина — 71 патрон. Может вести как непрерывный, так и одиночный огонь.

Пистолет-пулемет ППШ-41 (СССР): калибр — 7,62 мм, масса со снаряженным магазином — 5,45 кг, длина — 843 мм, прицельная дальность — 200 метров, практическая скорострельность 100—120 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 500 м/с, емкость магазина — 35 или 71 патрон. Может вести как непрерывный, так и одиночный огонь.

Пистолет-пулемет ППС-43 (СССР): калибр — 7,62 мм, масса со снаряженным магазином — 3,67 кг, длина с прикладом 907 мм, без приклада — 691 мм, темп стрельбы— 600 выстр./мин, начальная скорость пули — 500 м/с, емкость магазина — 35 патронов, прицельная дальность — 200 метров, дальность убойного действия — 800 метров. Возможен только непрерывный огонь, стрельба ведется короткими (3—6 выстрелов) и длинными очередями (15—20 выстрелов).

Советские пистолеты-пулеметы отличались простотой конструкции, приемлемой дальностью и кучностью стрельбы, удобством в эксплуатации, меньшей массой по сравнению с другими пистолетами-пулеметами. В УПА, в особенности на последних этапах ее борьбы, советское автоматическое оружие получило широчайшее распространение.

Пистолет-пулемет МП-38/40 (Германия): калибр — 9 мм, вес со снаряженным магазином — 4,7 кг, длина без приклада — 635 мм, прицельная дальность — 200 метров, боевая скорострельность — 80— 90 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 380 м/с, емкость магазина — 32 патрона. Мог вести огонь только очередями.

Пистолеты-пулеметы 39М и 43М (Венгрия): калибр — 9 мм, вес со снаряженным магазином — 4,5 кг, длина — 1040 мм или 960 мм (43М имел складной приклад), прицельная дальность — 600 метров, темп стрельбы— 750 выстр./мин, начальная скорость пули — 450 м/с, емкость магазина — 40 патронов. Мог вести огонь одиночными выстрелами и очередями. Этот пистолет-пулемет больше похож на карабин, его ствол имел значительную длину, для стрельбы применялись мощные патроны. Хорошая баллистика и большие габариты стали поводом, чтобы называть 39М «гей-пушкой».

Пистолет-пулемет ЗК-383 (Чехия): калибр — 9 мм, вес — 4,5 кг, темп стрельбы — 500—700 выстрелов в минуту, имел коробчатый магазин с правой стороны и сошки. Этот пистолет-пулемет нередко использовался в качестве ручного пулемета (особенно в начальный период борьбы).

Легкие (ручные) пулеметы. Легкие пулеметы отличаются скорострельностью, точностью и большой-дальностью прицельного огня, значительной пробивной силой пули (особенно в бронебойных патронах). Наибольшее распространение в УПА получили советский ручной пулемет ДП и немецкий МГ-42.

Ручной пулемет Дегтярева ДП-27 (СССР): калибр — 7,62 мм, длина — 1266 мм, вес — 8,9 кг, вес магазина — 2,8 кг, скорострельность — 80 выстрелов в минуту, прицельная дальность — 1500 метров, емкость магазина — 47 патронов, начальная скорость пули — 850 м/с. Применялся и модернизированный пулемет ДПМ (более тяжелый).

Ручной пулемет МГ-42 (Германия): калибр — 7,92мм, вес с лентой на 50 патронов — 12,9 кг, длина — 1220 мм, скорострельность — 125 выстрелов в минуту, прицельная дальность — 2000 метров, емкость ленты — 50 и 250 патронов, начальная скорость пули —710 м/с.

Легкие гранатометы. Они имеют приемлемую дальнобойность, но требуют специального обслуживания. В УПА применялись в основном немецкие гранатометы однократного действия типа «фаустпатронов».

Противотанковый гранатомет «Панцерфауст-44» (Германия): калибр — 43,8 мм, бронепробиваемость до 375 мм, вес — 7,4 кг, длина — 880 мм (с гранатой — 1130 мм), прицельная дальность — 200 мм, максимальная дальность — 1000 метров. Он имел механический прицел, позволявший вести огонь на дистанциях 100, 150 и 200 метров, граната — надкалиберная диаметром 81 мм, вес— 2,3 кг, начальная скорость гранаты — 110 м/с. Граната снабжалась кумулятивным зарядом с донным взрывателем. Количество таких гранатометов в УПА постоянно уменьшалось вследствие боевого применения.

Винтовки. Как уже отмечалось выше, в отделах УПА были распространены магазинные и автоматические винтовки и карабины преимущественно советского и немецкого производства.

Магазинная винтовка Мосина образца 1891/30 г. и карабин образца 1938/44 г.: калибр — 7,62 мм, масса — 4 кг, длина винтовки — 1230 мм, карабина — 1020 мм (без штыка), прицельная дальность стрельбы из винтовки — 2000 метров, из карабина — 1000 метров (фактическая, естественно, значительно меньше), скорострельность до 10 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 860 м/с, емкость магазина— 5 патронов. Использовалась также снайперская винтовка, созданная на базе винтовки обр. 1891/30, с прицелами ПЕ и ПУ, массой 4 кг без патронов и длиной 1230 мм.

Магазинная винтовка Маузера образца 1898 г. и карабин 98К: калибр — 7,92 мм, вес винтовки — 4,1 кг, карабина — 3,9 кг (без штыка), длина винтовки — 1250 мм, карабина — 1050 мм. Скорострельность до 20 выстр./мин, прицельная дальность до 2000 метров, емкость магазина — 5 патронов, начальная скорость пули — 875 м/с. Встречались чешские и польские варианты винтовки Маузера.

Автоматическая винтовка Вальтера Г-43 (Германия): калибр — 7,92 мм, вес — 4,3 кг, длина — 1115 мм, скорострельность — 15—20 выстрелов в минуту, прицельная дальность — 1200 метров, начальная скорость пули — 700 м/с. Использовался и снайперский вариант этой винтовки.

Применялись и другие образцы автоматических винтовок — самозарядные советские винтовки СВТ-38/40, немецкие СТГ-44 и МП-43, но широкого распространения в УПА они не получили. Из других магазинных винтовок в УПА использовали 7,92-мм венгерскую винтовку М-43 с магазином на 5 патронов, массой 4 кг и прицельной дальностью 2000 м.

Пистолеты. В УПА они служили для личной обороны и для нападения на близких расстояниях. На вооружении состояли несколько десятков систем разных калибров. Но особенно широко были распространены советские пистолеты ТТ и немецкие пистолеты П-38.

Пистолет Токарева «ТТ» образца 1930/33 г.: калибр — 7,62 мм, вес с магазином — 0,94 кг, прицельная дальность — 50 метров, скорострельность — 30 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 420 м/с, емкость магазина — 8 патронов.

Пистолет Вальтера П-38: Калибр — 9 мм, вес с магазином — 0,88 кг, прицельная дальность — 50 м, скорострельность — 30 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 350 м/с, емкость магазина — 8 патронов. Пистолет прост в обращении и надежен в эксплуатации.

Гранаты и мины. На вооружении повстанческих отделов находились ручные гранаты немецкого, венгерского и советского производства. Их применяли в наступлении и обороне, для борьбы с танками обычно использовали связки гранат. Находили применение и бутылки с зажигательной смесью («коктейль Молотова»).

Для проведения диверсий (уничтожение мостов, дорог, важных объектов, укреплений) повстанцы широко использовали мины — как штатные образцы немецкого и советского производства, так и самодельные.

Тяжелое оружие. Кроме стрелкового оружия, формирования УПА имели тяжелое вооружение: артиллерийские орудия небольших калибров, минометы, крупнокалиберные и станковые пулеметы, противотанковые ружья, зенитные установки.

Станковый пулемет Максима образца 1910 г. (СССР); калибр — 7,62 мм, вес со станком — 63,6 кг, прицельная дальность — 2700 метров, скорострельность — 250—300 выстрелов в минуту, начальная скорость пули — 800 м/с, емкость ленты — 250 патронов.

Станковый пулемет Горюнова СГ-43 (СССР): калибр — 7,62 мм, вес со станком — 40,4 кг, без станка — 13,8 кг, масса ленты в 250 патронов — 10,25 кг, прицельная дальность—2000 метров, боевая скорострельность 250—300 выстр./мин, предельная дальность полета пули — 5000 м, начальная скорость пули —- 855 м/с.

Крупнокалиберный пулемет Дегтярева-Шпаги-на.ДШК образца 1938г.: калибр— 12,7 мм, вес со станком — 170 кг, без станка — 34 кг, длина — 1626 мм, практическая дальность — 3500 метров, практическая скорострельность — 80 выстр./мин, начальная скорость пули — 865 м/с, темп стрельбы— 550—600 выстр./мин, емкость ленты— 50 патронов.

В качестве станкового пулемета применялся и немецкий единый 7,92-мм пулемет МГ-42 на станке образца 1942 г.

Противотанковое ружье Дегтярева ПТРД: калибр — 14,5 мм, вес—17,3 кг, длина — 2000 мм, начальная скорость пули — 1012 м/с, однозарядное, с ручным заряжанием.

Противотанковое ружье Симонова ПТРС: калибр — 14,5 мм, вес — 20,9 кг, длина — 22200 мм, начальная скорость пули — 1012 м/с, самозарядное, магазинное.

Противотанковое ружье PzB-39 (Германия): калибр — 7,92 мм, вес — 12,1 кг, длина — 1600 мм, начальная скорость пули— 1175 м/с, однозарядное, с ручным заряжанием.

Противотанковое ружье «Солотурн» 8-18 (Венгрия): калибр — 20 мм, вес — 45 кг, длина — 1760 мм, начальная скорость пули — 750м/с, самозарядное, магазинное.

Миномет образца 1937 г. (СССР): калибр — 85 мм, вес снаряженной мины — 3,4 кг, начальная скорость мины — 211 м/с, дальность стрельбы — 3,1 км, скорострельность до 25 выстр./мин, вес — 61 кг.

В УПА встречались также 51-мм минометы советского и 62-мм минометы немецкого производства.

Противотанковая пушка образца 1937 г. (СССР): калибр — 45 мм, вес снаряда — 1,4 кг, начальная скорость снаряда — 760 м/с, дальность стрельбы — 4,6 км, скорострельиость до 20 выстр./мин, вес — 560 кг.

Полковая пушка образца 1927 г. (СССР): калибр — 76 мм, вес снаряда — 6,2 кг, начальная скорость снаряда — 387 м/с, дальность стрельбы— 8,5 км, скорострельность 10—12 выстр./мин, вес — 1620 кг.

Зенитная пушка образца 1939 г. (СССР): калибр — 37 мм, вес снаряда — 0,77 кг, начальная скорость снаряда — 880 м/с, дальность стрельбы по горизонтали — 4 км, по вертикали — 3 км, скорострельиость — 180 выстр./мин, вес с установкой — 2100 кг.

Зенитная пушка образца 1940г. (СССР): калибр — 25 мм, вес снаряда — 0,28 кг, начальная скорость снаряда— 910 м/с, дальность стрельбы по горизонтали — 2,4 км, по вертикали — 2 км, скорострельиость — 250 выстр./мин, вес с установкой — 1060кг.

Хотелось бы отметить некоторые особенности, касающиеся использования тяжелого вооружения отделами УПА. Во-первых, относительно небольшое количество такого оружия по сравнению с легким стрелковым. Например, согласно справке Ровенского обкома КП(б)У о состоянии борьбы с УПА иа территории области в 1944 г. в результате проведения 500 чекистско-войсковых операций за полгода в качестве трофеев были захвачены одно 76-мм и двенадцать 45-мм орудий, 80 минометов и даже един самолет У-2. Там же указано количество стрелкового оружия: 375 ручных пулеметов, 28 противотанковых ружей, 30 станковых пулеметов; автоматов и винтовок — четырехзначные цифры.

Во-вторых, количество тяжелого вооружения постепенно уменьшалось. Это было обусловлено естественным износом, захватом его противником, но в основном, сознательным отказом от его применения по соображениям мобильности отделов (особенно в последние годы борьбы). Например, по данным секретной справки НКВД на всей территории западных областей УССР в 1944 г. было захвачено 35 пушек, 328 минометов, 211 противотанковых ружей и 321 станковый пулемет, а в 1945 г. — только 3 пушки, 28 минометов, 13 ПТР и 66 станковых пулеметов.

В-третьих, в борьбе УПА прослеживается стадиальность применения вооружения: сначала преобладало оружие немецкого, польского, венгерского, чешского производства, затем — исключительно советских образцов. Это касается как тяжелого, так и легкого вооружения. Подобное перевооружение оправдано тактическими соображениями. Действуя в тылу Красной Армии, на территории Украины и Польши, можно было использовать оружие и боеприпасы, захваченные у противника. Кроме того, советское оружие не позволяло идентифицировать повстанцев в бою по звукам выстрелов.

В-четвертых, встречались факты применения повстанцами новых для того времени систем вооружения (как правило, тяжелых). Это говорит о большом потенциале специалистов УПА. Например, по данным совершенно секретного доклада начальника Управления НКВД УССР вышестоящему начальству за март 1945 г., при ликвидации сотни УПА «Ягода» на территории Польши был обнаружен и изъят склад реактивных снарядов калибра 400 мм в количестве 110 штук. Эти снаряды германского производства бросили немцы при отступлении, но их подобрали повстанцы. Сотня Ягоды дважды применяла эти РС для огня по польским гарнизонам. При этом снаряд устанавливали в специально вырытой яме с приданием ему определенного угла, в отверстие для патрона вставляли бикфордов шнур. При воспламенении зарядов РС приводился в движение. Эффект применения снарядов не установлен.

Командир каждого формирования УПА обязан был определять характер и количество используемого вооружения в зависимости от решаемой задачи, руководствуясь при этом главным партизанским принципом: внезапно для противника открывать сильный и плотный огонь.

Амуниция и форма одежды

Амуниция (снаряжение) в Украинской повстанческой армии подразделялась на два типа — амуниция отдельного бойца и снаряжение повстанческого отряда.

Амуниция повстанца. Под амуницией (снаряжением) воина УПА понимались те необходимые ему предметы, которые он, как правило, имел при себе. Снаряжение повстанца, в отличие от снаряжения солдата регулярной армии, было более рациональным, малым и легким. Это, прежде всего, плащ-палатка, заменяющая сразу зимний плащ и одеяло. Она защищала повстанца от дождя и холода, ей он укрывался на ночь, из нее строил палатку. Запасной обуви повстанцы с собой не носили, зато имели сапожные принадлежности — лапу, шило, дратву. То же касалось и запасной одежды — ее «заменяли» иголка, нитки и куски ткани для латания. Рюкзаки использовали для переноски продуктов и снаряжения отряда.

Правда, в период организации повстанческих отделов командование УПА требовало, чтобы новобранцы вступали в них в полном снаряжении. Оно включало в себя: запасную одежду и обувь, постель (покрывало, простыни и наволочки), принадлежности для бритья и умывания, санитарно-медицинские принадлежности (вата, йод, индивидуальный перевязочный пакет), противогаз. Но довольно быстро выяснилось, что такое количество снаряжения сильно обременяло воина,, делало его неповоротливым, привязывало к собственным вещам. Поэтому не позже января 1944 г. было приказано свести полное снаряжение одиночного повстанца к минимуму, так чтобы вся его амуниция без оружия весила не более 6 кг. Для сравнения, полный комплект снаряжения польского солдата весил 42,5 кг, немецкого — почти 50 кг.

Амуниция отряда. Хотя повстанческие отделы редко находились на одном месте более трех-четырех месяцев, но и такие сроки требовали организации лагеря. Поэтому каждый отдел имел снаряжение, необходимое для совместной жизнедеятельности большого количества людей. Какой бы примитивной ни была партизанская жизнь в лагерях и рейдах, без простейших вещей отдел не обходился (в лагере их было больше, в рейдах — меньше). Все предметы снаряжения повстанческого отдела делились по своему назначению на шесть групп:

— связанные с саперным делом: лопаты, топоры, пилы, ломы;

— связанные с питанием: полевая кухня, котлы, чугуны, ведра, половники;

— связанные с канцелярией: служебные документы, печатная машинка, радиостанция, топографические карты;

— связанные с обучением: военная и политическая литература;

— связанные с медициной: носилки, ящики с лекарствами, санитарные сумки;

— разное: сапожные, швейные, кузнечные принадлежности.

Для доставки продуктов, перевозки тяжелого вооружения и поклажи формирования не менее отдела имели лагерное звено, состоявшее из 10—15 повстанцев, как правило бывших артиллеристов или кавалеристов, прошедших кузнечный или ветеринарный курс и хорошо разбирающихся в лошадях. Начальником лагерного звена был подстаршина. Он регулировал отправку возов в села, заготовлял фураж, одежду, белье; следил, чтобы на постоях повстанцы имели помещения для ночлега. Начальник звена находился в постоянном контакте с бунчужным, интендантом, оружейником.

Начальник лагерного звена следил также за соблюдением норм нагрузки на лошадей. В УПА нагрузки были такими: на ровной дороге пара средних коней могла тянуть 400—600 кг груза, на горных дорогах — до 300 кг. На одноконный воз можно было нагрузить до 400 кг на ровной дороге и до 200 кг на горной; вьючный конь нес не более 80 кг груза.

Во время рейда начальник лагерного звена следил за порядком в звене, заботился, чтобы в дороге имущество отдела не терялось.

На позднейших этапах партизанской борьбы повстанческие отделы еще больше сократили свое лагерное снаряжение и уже пользовались не возами, а лишь вьюками. Некоторые отделы в рейдах по занятой противником территории передвигались вообще без лагерного звена. Для переноса вооружения сотни, продуктов, кухонных принадлежностей назначался служебный рой, который ежесуточно сменялся. Имущество канцелярии отдела бунчуж-ный умещал в своей сумке. Еще позже повстанцы перешли на чисто партизанское обеспечение; все лагерное снаряжение делили между собой, перенося его в рюкзаках, а тяжелые котлы — по два человека на смену.

Без котлов обойтись было невозможно, особенно в отрыве от помощи населения. Так, командир Рен, чтобы его повстанцы не носили тяжелых котлов, приказал каждому рою иметь ведро и в нем варить пищу отдельно. В результате его курень численностью около тысячи человек вынужден был раскладывать до 50 костров (по два ведра на костре). Это очень демаскировало его, создавая зарницу, видимую издалека. Тактика сотенного Среднего тоже оказалась неправильной. Целыми днями его отдел вынужден был обходиться без горячей пищи и лишь ночью, придя в какой-либо населенный пункт, один раз в сутки питался. В осенние и зимние месяцы это очень обессиливало повстанцев.

Форма одежды. Каждая регулярная армия имеет свою униформу, соответствующую точно определенным образцам. В Украинской повстанческой армии единой формы одежды не было, а все попытки ввести ее (на польской, немецкой или советской основе) результата не принесли. Поэтому одежда украинских повстанцев представляла смесь предметов военного и гражданского происхождения. На начальных этапах партизанской борьбы преобладала гражданская одежда. Позже, когда все необходимое «приобреталось» у противника, встречались отделы, полностью обмундированные в немецкую, венгерскую или советскую униформу. Это не раз становилось причиной несчастных случаев и ложных тревог.

Униформа, введенная в некоторых отделах УПА

Например, четовой Морской из старшинской школы «Олени», будучи в карауле, застрелил связного Стального, возвращавшегося из дозора. Стальной был в одежде бойца НКВД, и четовому показалось, что это враг.

Летом 1945 г. к селу Баня Березов подошел партизанский отдел. Все повстанцы были в советских мундирах. В селе началась паника, в результате которой его срочно покинули командир участка «Гуцульщина», начальник штаба «Говерлы» и территориальный референт Коломыйщины со своими отрядами. Лишь позже выяснилось, что это был отдел УПА.

В январе 1946 г. комендант боевки СБ Друг, сам того не желая, стал причиной ложной тревоги, объявленной в повстанческом отделе «Заграва». Друг со своей боевкой (все одетые в советское обмундирование) и с двумя собаками проходили вблизи лагеря отдела. Дозор объявил тревогу: в лагере подумали, что это большевистская облава и чуть не начали бой.

Головные уборы повстанцев также не имели какой-либо установленной формы и цвета. Бойцы УПА носили и «мазепинки», и фуражки, и пилотки, и кубанки, и «петлюровки». Общей для всех головных уборов была только кокарда — трезубец. Однако по существу и она была разной, так как трезубцы повстанцы изготавливали сами.

Эмблема УПА —
крест с трезубцем

На позднейших этапах борьбы в отдельных частях УПА был введен покрой обмундирования, подобный английскому: воротник отложной, карманы накладные, шапки-петлюровки. Но, как бы там ни было с покроем, в любое время года форма одежды отвечала практическим потребностям повстанцев.

Знаки различия. Согласно приказу ГК УПА № 3/44 от 27 января 1944 г., в повстанческой армии были введены знаки различия, основанные на должностной системе.

Простой повстанец не имел знаков различия. Командиры всех у ровней носили на левом рукаве полосы, нашитые из разноцветных тканей.

Роевой имел одну красную полосу. Признаком четового были две красные полосы. Сотенный носил три желтые полосы. Куренной отличался от всех прочих римской цифрой «V» (пять) красного цвета, его адъютант имел на рукаве «V» зеленого цвета, а бунчужный (писарь) — «V» желтого цвета. Командир загона имел две красные «пятерки», а командир военной округи — три. Краевой командир УПА на рукаве носил красный трезубец внутри римской «пятерки». А главный командир УПА имел отличие в виде серебряного трезубца с дубовыми листьями.

Шефы штабов, инспекторы, начальники отделов штабов и одиночные работники штабов носили соответствующие отличия желтого цвета. Все отличия носились на черном фоне.

Выполняя специальные разведывательные задания, старшины и подстаршины УПА, находившиеся на командных должностях, могли не иметь указанных знаков.отличия. Собственно эмблем (кроме распространенного в некоторых частях трезубца) УПА не имела, но боевые награды были введены.

Награды. С 27 января 1944 г., согласно приказу ГК УПА № 3/44, существовали следующие воинские награды и отличия.

Награды за боевые заслуги:

«Золотой крест боевой заслуги» I и II класса, присуждаемые УГОР по представлению ГК УПА;

«Серебряный крест боевой заслуги» I и II класса, присуждаемые главным командиром УПА по предоставлению краевого командира;

«Бронзовый крест боевой заслуги», присуждаемый краевым командиром УПА по представлению командира ВО.

К отличиям боевой заслуги относились «отличия» и «похвала» в приказах краевого командира или командира ВО соответственно; низшим войсковым отличием за боевые заслуги было признание заслуг в приказе командира подотдела какой-либо части.

Награды за особый труд для УПА (для военных и гражданских лиц):

«Золотой крест заслуги» и «Серебряный крест заслуги», которыми награждала Главная освободительная Рада по представлению ГК УПА;

«Бронзовый крест заслуги», присуждаемый ГК УПА по представлению краевого командира.

Отличия за ранения. От одного до пяти ранений отмечались «Серебряной звездой», а от шести до десяти — «Золотой звездой» на стяжке, которую носили над клапаном левого кармана.

Другие награды. Памятное отличие УПА выдавалось всем лицам, военным и гражданским, принимавшим участие в боях УПА или в работе подполья.

В 1948 г. появилась медаль «За борьбу в особо тяжелых условиях».

В честь 25-летия УПА в 1967 г. был введен «Золотой крест УПА», которым награждались бывшие участники движения сопротивления, находившиеся в эмиграции на Западе.

По своему внешнему виду почти все награды представляли собой фигурные двойные кресты с небольшим трезубцем в центре. Материал, из которого они были изготовлены, говорил о ступенях отличия (позолота, серебро, бронза). Классы наград отмечались ромбиками на стяжках наград.

Данных о количестве награжденных теми или иными крестами и медалями практически не сохранилось, а имеющиеся носят противоречивый характер.

Все повстанцы и гражданские лица, погибшие в бою и имевшие при этом заслуги перед УПА, представлялись К посмертному награждению «Крестом заслуги», а все погибшие воины УПА, отличившиеся особым героизмом, посмертно награждались «Крестом боевой заслуги». При этом к представлениям добавлялись точные описания подвига и данные об его свидетелях. О фактах таких награждений известно еще меньше, так как их можно проследить лишь до начала периода послевоенного подполья.

Базовые лагеря

Как мелкие, так и крупные отряды УПА основную часть времени размещались вне населенных пунктов в базовых лагерях.

Базовые лагеря — это места, специально предназначенные для длительного размещения военных отделов. Как правило, они находились в больших лесных массивах, горах, болотах, густых зарослях по берегам рек. При этом главные требования к дислокации баз сводились к тому, чтобы они находились на значительном удалении от основных дорог и чтобы доступ к ним был затруднен.

В базовых лагерях повстанцы могли организовываться, проходить боевую выучку, отдыхать после боев и длительных рейдов. Базы тщательно маскировались и конспирировались. Доступ туда имели только проверенные люди и только на основании паролей.

Охрану баз обеспечивали передовые заставы, выставлявшие тройное кольцо постов и дозоров. В число мероприятий по обеспечению безопасности баз входили также разведка противника, наблюдение за местным населением и за всеми подступами к ним. Разведка определяла, в частности, наиболее вероятные пути подхода сил противника. На этих путях выставлялись секреты, каждый в составе двух-трех человек. На дорогах и тропах, ведущих в лагерь, размещались сигнальные средства, известные только повстанцам.

Базовый лагерь повстанцев представлял собой комплекс бараков или землянок, расположенных симметрично либо асимметрично в зависимости от решения командира. Кроме жилых помещений, базовый лагерь имел места для хранения различных запасов и оборонительные позиции на случай внезапного нападения противника.

Бараки повстанцы строили сами: корчевали деревья и кустарник, потом рыли котлован, закладывали фундамент и возводили невысокие стены (до метра высотой). Затем настилали двухскатную высокую крышу, которую покрывали драницей (досками) или лубом (корой). Последней часто утепляли и стены, сдирая луб в сезон от апреля до половины августа. Гвозди изготавливали из телефонной проволоки.

Обычио старались делать бараки, вмещающие одну чету. В этом случае его размеры составляли 12 на 6 метров, В бараке устраивали два очага с отверстиями-дымарями над ними, в центре устанавливали лежаяки. Встречались также бараки размером 12 на 4 метра, в которых размещались по два рея.

Но тому же принципу, что и жилые бараки, в лагере строили и другие помещения: для штаба (в нем размещался командир с помощниками), караульные помещения, кухню, госпиталь, склады, баню и отхожее место. Помещения для других целей возводились по мере необходимости.

Посреди лагеря находилась тревожная площадка, где происходили сборы отделов. Поскольку она использовалась ежедневно и быстро заболачивалась, повстанцы выкладывали ее деревом. Если позволяли местные условия, то вблизи лагеря устраивали площадку для упражнений. Около тревожной площадки иногда разбивали цветники в виде трезубца или желто-синего национального флага. Отхожие места размещались на удалении не менее 100 метров от лагеря.

Вместо бараков в базовых лагерях часто строили укрытия в грунте — землянки. Их тщательно маскировали и снабжали несколькими выходами. Землянки строили как двухскатные, так и односкатные, в зависимости от местности.

При кратковременном пребывании отдела в данном районе повстанцы размещались в простейших укрытиях из подручных средств: в шалашах, палатках и под навесами.

Для хранения запасов оружия, продовольствия, обмундирования и других материальных средств в районе базирования отделов повстанцы создавали крупногабаритные тайники — схроны. При их строительстве обязательно использовались различные способы маскировки с учетом возможных изменений внешних условий в период хранения. Тайники должны были обеспечивать сохранность оружия и имущества, их пригодность для использования по прямому назначению в течение длительного периода времени. В любом случае предусматривалась надежная гидроизоляция, меры защиты от повреждений хранимых средств. Тайники-схроны обязательно привязывались к местным предметам-ориентирам для быстрого отыскания.

«Резерв прочности» крупногабаритных тайников, созданных повстанцами УПА в 40-е годы, не исчерпав до сих пор. Этот факт подтверждают неоднократные обнаружения таких схронов в наше время.

Дисциплина и режим в повстанческих отделах

Повстанческие отделы подразделялись на два вида — учебные и боевые. Учебные отделы — это такие формирования, где довольно долгое время проходили обучение кандидаты на командные должности. Их выпускники становились старшинами либо подстаршинами.

В боевых отделах период начального военного обучения был коротким, дальнейшую выучку повстанцы проходили в боях.

Дисциплина. В учебных отделах, находившихся далеко от противника в горах, лесах или болотах, командование посвящало все время выучке. Там, естественно, дисциплина была строже.

В боевых отделах, как правило, дисциплина была менее строгой. Там не существовало резкой грани между командным составом и рядовыми повстанцами; имело место большое доверие к командиру, а Я между повстанцами господствовало побратимство.

Однако это не значит, что дисциплина в боевых отделах УПА находилась на низком уровне. Пример в решении вопросов дисциплины подавала ОУН. Ее члены, находившиеся в рядах УПА, должны были строго придерживаться всех правил и законов организации. В частности, до сведения всех членов ОУН был доведен приказ от 10 января 1943 г. об ответственности за нарушение дисциплины. Согласно ему вводились два вида наказаний — расстрел и публичное исключение из членов ОУН.

Расстрелу подлежали члены ОУН (мужчины и женщины) за предательство, неподчинение начальнику, растрату или кражу имущества организации, деморализацию местных жителей, подрыв авторитета ОУН или нанесение ей вреда, одновременную работу в других организациях, втягивание своих начальников в разврат, безосновательную критику Проводов ОУН, деконспирацию ОУН, самовольный выход из нее.

Публично исключали из организации за пьянство, легкомысленную трату времени, халатное отношение к своим обязанностям, нежелание учиться, грубое отношение подчиненного к начальнику. Ответственность за выполнение этого приказа возлагалась на проводников ОУН различного уровня.

В УПА был разработан проект дисциплинарного устава.* В нем

* См.: Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины. Фонд. 3833. Опись 1. Справка 7. Листы 2—5.
дисциплина определялась как точное, безусловное подчинение всех членов УНА своим начальникам и приказам. В дисциплинарном уставе определялся порядок подчиненности в зависимости от исполняемых функций, устанавливались меры взыскания и поощрения. К числу поощрений относились: благодарность командования, внеочередной отпуск, награждение, авансирование. Среди взысканий предусматривались: предупреждения разного рода, внеочередные работы, выговоры, аресты (обычные — до 30 дней, строгие — до 21 дня, тяжелые — до 10 дней; дни ареста могли заменяться часами стойки под ружьем в полной выкладке).

Устав разъяснял административные права начальников от.роевого до командира группы. Устав вводил военный полевой суд, созываемый командирами крупных соединений, а также куренным для рассмотрения дел о предательстве, систематическом вредительстве, дезертирстве, невыполнении приказов, краже военного имущества и пьянстве. Согласно его решению, могли применяться такие меры наказания, как направление в исправительный лагерь на срок до трех месяцев (за невыполнение приказа, не повлекшее тяжелых последствий, пьянство, кражу имущества в личных корыстных целях) и смертная казнь (за предательство, вредительство, дезертирство, невыполнение приказа, повлекшее тяжелые последствия, сознательную кражу военного имущества с целью наживы).

Этот же устав определял порядок арестов и организацию исправительных лагерей, которые должны были создаваться при каждом загоне и контролироваться военной полевой жандармерией. Хотя данный устав не был утвержден, но предусмотренная им система наказаний и поощрений применялась в УПА на практике, чему есть масса свидетельств.

Режим. Подъем повстанцев производился по сигналу «Утренняя зоря»: летом раньше, зимой на час позже рассвета. Все выходили на зарядку, которую проводил подстаршина. Она включала пробежку или маршировку, упражнения для мышц всего тела, заключительную пробежку либо маршировку с песней (если позволяли условия конспирации). После зарядки повстанцы вытрушивали покрывала, застилали лежанки и умывались, затем дежурный старшина объявлял сбор на молитву. Повстанцы строились в три ряда; по команде «К молитве» становились смирно, правой рукой снимали головные уборы. Один из повстанцев читал ежедневные молитвы «Отче наш» и «Богородица Дева», а после по команде «Смирно!» тот же повстанец читал молитву «Украина, святая мать героев...». По команде «По молитве» повстанцы надевали головные уборы.

Сразу после молитвы дежурный старшина объявлял сбор на завтрак и проверял чистоту котелков. Завтракали, как правило, кашей.

После завтрака дежурный старшина объявлял «Ранний сбор». Все повстанцы в боевом снаряжении становились в три шеренги. После проверки состояния снаряжения дежурный докладывал бунчуж-ному, указывая в своем рапорте количество подстарший и рядовых повстанцев на сборе, количество больных, караульных, занятых в лагере или в командировках.

Бунчужный проверял состояние обмундирования и вооружения, необходимого для упражнений, и докладывал командиру. Командир собирал сотню на площадке для упражнений, где до обеда проходили занятия согласно установленному плану подготовки. В лагере оставались больные, дежурные и готовившиеся к выполнению специальных заданий.

После возвращения отдела в лагерь повстанцы чистили оружие и обмундирование. По команде «Сбор к обеду» они становились в три шеренги, дежурный осматривал их котелки и отдавал приказ идти на кухню.

После обеда производилась смена караула. Для каждого отдела было установлено время смены караула, состояние караула, количество постов. Отправка караула производилась с дежурным подстаршиной, который проверял состояние и амуницию бойцов, заступающих в караул, а также знание ими правил караульной службы. Во время смены караула сменялись также дежурные старшина и подстаршина. Тогда же командир или его заместитель принимали отчеты, просьбы и жалобы.

После обеда до 18 часов шли занятия по боевой подготовке.

После их окончания дежурный подстаршина проводил сбор, на котором бунчужный зачитывал дневной приказ. В нем определялось, кто на следующий день должен заступать дежурным старшиной и подстаршиной, какая чета высылает караул, сообщалось расписание занятий на завтра, оглашались распоряжения командира.

Затем повстанцы шли на ужин, после которого занимались личными делами до вечернего сбора.

В 21 час дежурный давал команду на вечернюю молитву, проводившуюся подобно утренней. После этого повстанцы расходились по своим баракам и ложились спать. Дежурный обходил все бараки, проверяя наличие личного состава и чистоту в помещениях, и занимал свое служебное место.

Ночью в лагере все, кроме дежурных и караульных, отдыхали.

Все дни, кроме выходных и праздников, были подобны описаному. В праздники занятия проводились только до обеда, потом у повстанцев было свободное время. Часто в воскресенье устраивались богослужения, костры, концерты или лекции в честь национальных праздников.

Конечно, такой порядок в повстанческих отделах соблюдался не всегда. Вносили свои коррективы ревды и боевые действия. В наибольшей мере он соблюдался в учебных подразделениях, в наименьшей — в малочисленных отделах.

Материальное обеспечение отделов

Боевым обеспечением отделов УПА заведовал организационно-мобилизационный отдел командования повстанческой армии. Ему подчинялись все склады оружия и оружейные мастерские. Боевое довольствие организовывалось в рамках военной округи, а с 1945г. — тактического видтинка. Если какой-то отдел УПА оказывался на территории других ВО или ТВ, его командование должно было как можно быстрее войти в контакт с организационно-мобилизационным отделом командования данного ТВ (ВО), чтобы использовать их оружейные или амуниционные «пункты». Эти пункты (лесные склады, где хранилась часть вооружения и амуниции) размещались по всей территории так, чтобы после каждого боя отдел данного ТВ мог добраться до какого-либо из них.

С собой боевые отделы брали запас боеприпасов, достаточный для длительного боя: 200—300 патронов на винтовку, 4000—5000 патронов на пулемет Дегтярева, 5000—7000 на немецкий пулемет МГ-42.

Поставками продуктов и одежды занимался хозяйственник УПА, который, однако, ведал этими делами больше теоретически. Фактическое исполнение продовольственных и вещевых заготовок лежало на хозяйственнике соответствующей клетки ОУН, а с 1944 г. — Самооборонного кустового отдела. УПА имела, помимо «пунктов» оружия и боеприпасов, еще и продовольственные «пункты» — продовольственные склады в лесных крыевках. Но пользоваться продуктами из них разрешалось лишь в случае необходимости, например во время блокад или облав.

В нормальном же положении продукты для отделов УПА заготовлял хозяйственник подполья в селах, ближайших к месту пребывания отделов. Или же отдел сам заходил в оговоренное заранее село. После прихода советской власти продукты относили в лес подростки. Во всех походах каждый повстанец получал «железную порцию» (НЗ), в рейдах она удваивалась, однако есть ее можно было только с разрешения командира.

В отделе УПА связями с подпольным руководством сел и организацией поставок занимался интендант, как правило старшина. Ему помогало лагерное звено во главе с подстаршиной. Кроме поставок от местного населения, находившегося на территории ответственности формирования УПА, повстанцы обеспечивали себя сами и трофеями: имуществом и продовольствием, отбитым у противника.

Хозяйственник УПА заведовал также всеми предприятиями, принадлежащими непосредственно УПА: швейными и портняжными мастерскими, мыловарнями и т.д. Подобными предприятиями в селах заведовал хозяйственник подполья, причем данное предприятие обычно было легализовано как частная собственность какого-либо члена ОУН или симпатизирующего ей.

О механизме функционирования системы поставок зернопродуктов, жиров, соли, скота, домашней птицы, а также полотна, овчин, обуви и прочих предметов есть немало свидетельств, в том числе из среды противников украинского сопротивления. Например, в книге «Под небом Волыни» некий П. Хуртовина, ненавидящий УПА, рассказывает о том, как в 1944 г. ему довелось работать в хозяйственном отделе ВО. Он приводит массу примеров точного и быстрого исполнения сельским подпольем всех заказов боевых отделов.

Мелкие подразделения УПА, действовавшие самостоятельно, обеспечивали себя сами: и за счет противника, и за счет местных жителей. При этом обычно они руководствовались принципом добровольной передачи селянами продуктов питания, одежды и обуви. Однако встречались также и случая мародерства, жестоко пресекавшиеся командованием.

Организация подготовки кадров УПА

Подготовка личного состава Украинской повстанческой армии производилась по нескольким направления. Рядовых повстанцев обучали непосредственно в боевых отделах. Старшин и подстарший готовили вспециальных школах. Существовали также курсы подготовки специалистов: минеров, радиотехников, связистов, разведчиков, политвоспитателей. Кроме того, Главный Провод ОУН проводил курсы для старшин-командиров крупных формирований с целью углубления их военных знаний. Дальнейшая выучка повстанцев происходила в боях и рейдах.

Обязательным в УПА было обсуждение каждой боевой операции. Командир анализировал ее не только с подчиненным ему командным составом, но и с рядовыми бойцами, выделяя все позитивные и негативные стороны проведенного боя или рейда. Считалось, что такое подведение итогов учит повстанцев тому, что необходимо в дальнейшем успешно использовать, а чего — избегать.

Обучение повстанцев осуществлялось по программам, введенным ГШ УПА еще в 1943 г. Различали два вида обучения — полное и сокращенное (для подстаршин). Была введена градация обучавшихся по следующим уровням:

— обучение рядового повстанца,

— выучка кандидатов и старшин в старшинских школах;

— подготовка кандидатов и подстаршин в подстаршиноких школах (полная или сокращенная).

При этом лица, обучавшиеся в старшинских и подстаршийских школах, обязательно проходили курс подготовки рядового повстанца. Но сокращенный такой курс мог проводиться только в подстаршинских школах.

Курс рядового бойца. Курс рядового повстанца как в старшинских и в подстаршинских школах, так и непосредственно в отделах включал прохождение девяти предметов, с общим объемом 359 часов.

Основная часть учебного времени (86 часов) отводилась полевой выучке. Ее целью была подготовка бойца к действиям в одиночку и в составе роя, а также при выполнении самостоятельных специальных заданий (каждый повстанец обучался как наблюдатель, разведчик, постовой, снайпер и автоматчик), После окончания одиночного обучения наступала очередь выучки в составе роя (рой в разведке, в наступлении, в обороне, в боевом охранении, в карауле). Во время полевой подготовки делался упор на варианты действий, связанных с партизанской тактикой. Это ведение боя на пересеченной местности, ночью, в тумане, в дождь и снегопад, охранение на марше и на постое, засада, налет, маневрирование.

Оружейное дело изучалось 36 часов. Сообщались основные сведения о боевых возможностях различных видов оружия, его устройстве и особенностях обслуживания. Изучались винтовки (системы Мосина образца 1891/30 гг. и системы Маузера образца 1898г.), автоматы (ППД, ППШ, ППС, МП-48/40 и др.); ручные пулеметы (ДП-27, МГ-42) и станковые (Максим), а также пистолеты. Особое внимание уделялось изучению ручных гранат — советских РГД и Ф-1, немецких «щтильгранат» и «аэргранат», венгерских образцов.

Строевая подготовка рядового повстанца по программе занимала 50 часов. Она служила отработке определенных движений, выполняемых по команде, выработке воинской выправки и дисциплины. На нее отводилось по часу ежедневно.

На огневую подготовку отводилось 30 часов. В ходе ее кратко сообщались основные понятия внутренней и внешней баллистики, а основное время посвящалось обучению стрельбе и огневой дисциплине.

Почти столько же времени (31 час) отводилось минному и саперному делу. Повстанца обучали окапываться и маскироваться; большая же часть времени уделялась изучению мин и способов борьбы с ними, методам минирования.

33 часа обучения уходило на знакомство с правилами внутренней службой. Курс внутренней службы знакомил повстанца с общей организацией военной жизни, с обязанностями бойца, с требованиями воинской дисциплины, с организацией караульной службы.

Для изучения способов ориентирования на местности с компасом и без него отводилось 16 часов.

Повстанцы овладевали приемами оказания первой медицинской помощи, изучали правила личной гигиены.

В УПА обязательным было политическое воспитание. Оно осуществлялось на основе специальной программы, разработанной Проводом ОУН, и занимало 72 часа учебного времени.

Подготовка подстаршин. Как уже указывалось, выучка подстарший проводилась в специальных подстаршинских школах по полному (579 часов) или сокращенному (393 часа) курсу.

Все курсанты подстаршинских школ сначала обязательно проходили подготовку рядового повстанца, с некоторым уменьшением количества часов на политическое воспитание. Потом шло углубленное обучение кандидатов в подстаршины полевой службе, строевой подготовке, минному делу, внутренней службе, топографии, санитарно-медицинской службе.

Дополнительно вводились (при полном курсе) 19 часов по вопросам организации войск (своих, немецких и советских) и 14 часов по вопросам связи (изучение азбуки Морзе, видов и способов связи в рое, в чете, сотне, курене).

При прохождении полного курса в рамках углубленного изучения полевой службы изучались тактика действий повстанческой четы и сотни (72 часа) В стрелковой подготовке большее внимание уделялось оценке расстояний, управлению огнем, стрельбе ночью и по воздушным целям. В минно-саперном деле Ц (22 часа) подробно изучались способы и методы переправы, маскировки, обеспечения взрывных работ. В топографии более детально знакомились с картами, их масштабом, условными обозначениями на них. Медицинская подготовка включала вопросы соблюдения правил гигиены в подразделениях. Дополнительно отводилось 24 часа на политподготовку.

При прохождении сокращенного курса на все предметы отводилось меньше времени, не изучались вопросы связи и организации войск. Но не уменьшалось количество часов на стрелковую подготовку (16) и минное дело (22 часа). Курс политического воспитания вообще отсутствовал.

Подготовка старшин. Она проходила только по полному курсу и тоже с обязательным изучением курса рядового повстанца. Соответственно, она занимала 768 часов (359 часов курс рядового бойца и 409 часов курс кандидата в старшины). Специализированное обучение кандидатов производилось по 14 предметам.

Полевая служба дополнялась 106 часами (изучалась организация и тактика действий повстанческой четы, сотни и куреня в различных условиях). Строевая подготовка занимала 18 часов и сводилась к обучению управлять строем. Огневая подготовка (16 часов) была аналогична дополнительной подготовке подстаршин; это же касалось и минно-саперного дела. Внутренняя служба также сводилась к привитию командных навыков и умения контролировать несение службы подчиненными. Более глубоко (дополнительно 64 часа) изучалась топография, включавшая ориентирование и картографию. 48 часов отводилось на изучение порядка отдачи приказов и проведения инструктажа роя, четы и сотни, на организацию огня подразделения. Организация войск и связь как предметы по своему содержанию и времени изучения были аналогичны предметам подстаршинских школ полного курса.

Но в отличие от них для старшинских школ были введены курсы интендантуры (16 часов) и разведки (14 часов). На занятиях по этим предметам сообщались сведения о различных видах довольствия и обеспечения, о правилах конспирации, об особенностях действий разведорганов противника. Кандидаты в старшины изучали также войсковой учет в течение 6 часов учебного времени. Медицинская подготовка занимала 8 часов и включала изучение вопросов войсковой гигиены, гигиены питания, профилактики инфекционных заболеваний.

Взаимодействие УПА и ОУН

Жизненно важной сферой для УПА был тыл, обеспечивавший все основные поставки продовольствия, одежды и обуви, разведку, деятельность службы безопасности, а также мобилизацию призывников и направление добровольцев в ряды УПА. Тылом УПА являлась разбросанная по территории Западной Украины сеть ОУН (Б) (или, как она тогда себя называла, ОУН-СД — «самостийников-державников»).

ОУН имела свою, отдельную от УПА, сеть и организационную структуру — Украинские Земли, во главе которых стоял Провод ОУН на Родных Землях. В свою очередь, они разделялись на край с краевыми Проводами, например Станиславовский край (СК) с краевым Проводом (КП) — КП ОУН СК. Край подразделялся на округи, округи — на надрайоны, надрайоны — на районы, и последние — на станицы и кусты.

Будучи в определенной мере административным аппаратом УПА, ОУН на всех уровнях своей сети была тесно связана с сетью УПА. Так, хозяйственный референт (хозяйственник) УПА должен был находиться в непосредственном организационном контакте с хозяйственным референтом ОУН соответствующей клетки. Служба безопасности ОУН одновременно являлась службой безопасности УПА. Организационно-мобилизационный отдел штаба УПА имел своих представителей во всех клетках ОУН сверху донизу.

Для лучшего взаимодействия обеих формаций движения сопротивления широко практиковалось персональное сочетание соответствующих постов ОУН и УПА. Так, главный командир УПА был одновременно Головой Провода ОУН на Родных Землях, командир УПА-Север — одновременно краевым проводником ОУН Северо-западных Украинских Земель, командир УПА-Запад — Краевым Проводником ОУН Карпатского края. Однако из этого правила были исключения, так как в УПА служили и не члены ОУН. Они, занимая высокие посты в армии, не имели никаких постов в ОУН (Б).

Особенно тесное взаимодействие УПА и ОУН происходило с момента возвращения советской власти, в связи с переходом к новым формам борьбы. Перед развертыванием ширркого вооруженного сопротивления УПА действовали боевые группы ОУН, разрастаясь путем присоединения к этому сопротивлению и не членов организации (в отделах Украинской народной самообороны). Основным признаком этих боевых групп ОУН и отделов УНС, отличавших их от отделов УПА, было следующее: их члены жили и трудились как обычные гражданские лица, и только по призыву своего командования брали спрятанное оружие для выполнения определенного боевого задания, а потом снова расходились по домам. К таким формам борьбы было решено перейти после прихода советской власти, в связи с чем заранее создавались СКО, по образу бывших отделов УНС.

СКО формировались путем укрепления клеток ОУН боеспособными элементами УПА. До создания СКО в каждом селе насчитывалось 10—30 человек, связанных какими-либо функциями (обычно административными) с УПА. Но это были не только члены ОУН. С приближением возврата большевиков лица, менее испытанные в организационной работе, освобождались от дальнейшего труда, а вместо них в каждую станицу приходили повстанцы из рядов УПА. Четыре-семь станиц составляли Самооборонный кустовой отдел, который являлся административной единицей вооруженного подполья, способной действовать самостоятельно.

В СКО насчитывалось 30—50 человек, или 3—4 роя. Руководил СКО Провод СКО, в состав которого входили: кустовой (руководивший всей вооруженной борьбой на данной территории), войсковик (командир СКО, он же заместитель кустового и командующий во время боя), хозяйственник, пропагандист, референт службы безопасности, референт Украинского Красного Креста. Боевое ядро отдела составляла боевка СКО. Кустовой (всегда член ОУН) подчинялся по ступени более высокому проводнику ОУН; командир СКО (член ОУН либо нет) подчинялся организационно-мобилизационному отделу соответствующего штаба УПА. Свои вооруженные акции СКО проводил самостоятельно» вместе с другими СКО, или с отделом (подотделом) УПА, причем в последнем случае им командовал командир данного отдела повстанческой армии.

СКО заботились о поставках продуктов и одежды для отделов УПА. Обычно они организовывали в лесных краевках продуктовые и вещевые склады еще до их прихода. Еще они выполняли функцию связи и принимали под свою опеку раненых и больных бойцов УПА. Этими повстанцами непосредственно занимались станицы Украинского Красного Креста.

Организационную форму сопротивления в виде СКО впервые испытали после прихода советской власти на Полесье. Она себя оправдала. После этого Волынь, Галичина, Буковина и Закерзонье покрылись сетью СКО. Таким образом, был решен вопрос пропитания УПА, а также затруднена борьба с ней и подпольем. Благодаря СКО стало возможным осуществлять неожиданные вооруженные акции. При хорошей организации подполья небольшое формирование УПА, опираясь на СКО, быстро разрасталось в сильный отдел, а после проведения акции еще быстрее рассеивалось.

Выводы

Украинская повстанческая армия была боевым крылом украинского национально-освободительного движения середины XX века, возглавлявшегося Организацией украинских националистов. ОУН создала УПА, подготовила для нее командные кадры и мобилизовала гражданское население в ее ряды. Эта армия возникла практически с нуля, без всякой помощи или поддержки извне. По сути дела, сам украинский народ создал собственную армию для защиты своих национальных и экономических интересов.

УПА достаточно быстро стала мощной вооруженной силой, способной противостоять немецко-фашистским войскам, РККА и войскам НКВД, а также польским вооруженным формированиям. Однако УПА формировалась, развивалась и воевала примерно так же, как и другие армии партизанско-повстаческого типа. Поэтому как и у них, ее слабыми сторонами были вопросы управления, боевой подготовки личного состава, тылового обеспечения. Недостаточно отработанными являлись тактические приемы.

Но при всех своих недостатках это была такая вооруженная армия, которая смогла вести борьбу с превосходящими силами противника около 15 лет. Следовательно, организация и тактика действий УПА имели, помимо недостатков, еще и несомненные достоинства.